Должно было быть его личное дело и вербовочный билет. На предприятиях часто их отдавали в отдел кадров.
Дело было – и комар носа не подточит. Все почти идеально. Даже слишком. И награды, и материалы, и квалификация. Липа чистой воды. Но очень хорошо выполненная. Учитывая расстояние и состояние связи, быстро эти документы на подлинность было не проверить."
"Но Семен был уверен, что все было липой. И есть еще один момент. Еще одна группа, прибывшая до него. Чем она занималась? О том, что группа работала в городе, комендант должен был знать.
Значит, раз он уже раскрыл свою личность, то можно пообщаться и с руководством.
Боевой генерал 3-го Белорусского фронта Смирнов работал у себя дома, во временном размещении штаба. Еще в сорок пятом они разместились на Шенфлис-аллее в доме среди аккуратных домиков, которые не затронула бомбежка. У коменданта было несколько штабов, в этом доме он жил и работал, когда можно было не выезжать в центр.
Семен добился визита через секретаря.
Смирнов встретил его у себя в кабинете.
Это был невысокий, начинающий лысеть мужчина с очень тяжелым взглядом и тяжелой же походкой человека, который прошел войну и, судя по тому, как он тяжело переставлял ноги, – скорее всего, у него было ранение в позвоночник. Возможно, что не только туда.
– За Курскую дугу моя награда тут, – правильно поняв его взгляд, Смирнов указал на голову, где от лба вверх начинался грубоватый шрам, – за Брест в ноге, а за Кенигсберг в спине.
Семен кивнул.
– Уже наслышан про тебя и про шорох, который ты навел на заводе.
Коллеги твои до этого работали тише.
– И все погибли.
– Не все.
Семен приподнял брови.
Смирнов не стал распыляться по поводу того, что сам Серабиненко тоже тихо сидел в комендатуре, а тут вдруг вот тебе. Нет, говорил комендант коротко и по делу. Оно и понятно, слишком тяжелое и беспокойное хозяйство ему досталось.
– Группа была из четырех человек. Прибыли в сорок пятом. Работали по наводке по школам абвера. Но на деле искали подрывников, так как к ним попало донесение о том, что готовятся массовые подрывы железнодорожных путей, когда по ним будут проходить вагоны с первыми переселенцами.
Но первым пострадал поезд с нашими солдатами, который уходил из Истенбурга. Паровоз верный, старый, немецкий, перед поездкой его проверили досконально. Поезд должен был идти через Брест. Но взлетел на воздух сразу после того, как выехал из города. Заряд был заложен очень грамотно. Само полотно восстановили буквально за неделю.
