Я, как вы уже поняли, работаю один.
– Понял. Будет и облава, и крик, и шум. Что потом делать с теми, кого поймаем?
– На ваше усмотрение. Получите еще один орден и благодарность товарища Сталина за то, что раскрыли заговор и накрыли ячейку абвера. Про них в Москве знают, ждут действий.
Комендант кивнул.
– Сам водишь или нужен водитель?
– Сам вожу."
"– Хорошо, бери мой трофейный «Хорьх». Тут все равно других быстрых машин пока нет. Сейчас напишу тебе разрешение.
– Да у меня вроде бы свое есть. – Семен коснулся кармана, где лежали корочки СМЕРШ.
Комендант усмехнулся:
– Корочки твои силы тут большой не имеют. Не обижайся, но мы пока еще слишком далеко от Центра. Вот с этой бумагой тебя пустят везде.
Он быстро написал письмо и передал его Семену.
Тот кивнул, благодаря.
– У вас же наверняка есть все донесения моей группы?
– А почему ты думаешь, что они не передали все в Центр? Вы же обычно автономно работаете.
Смирнов тяжело встал и, опираясь на столешницу, подошел к сейфу, долго копался там и достал папку.
– Верни потом.
– Так точно.
Смирнов опустил глаза в бумаги, дав понять, что разговор окончен.
Ключи от машины ему передал адъютант. Он же проводил его к машине и спросил, нужна ли какая-либо еще помощь.
Семен отрицательно покачал головой.
Конечно, такая машина, как немецкий «Хорьх», не может не впечатлить. Изящная и легкая, она неслась по брусчатке, как выпущенная из лука стрела. И сложно было глупо, по-мальчишечьи не улыбаться. Семен и не стеснялся.
Документы он взял с собой, не стал читать их в машине.
Автомобиль поставил во дворе, так чтобы его не было видно с улицы, пришел к себе домой и рассмеялся.
– Ну ты даешь, – сказал он Афанасию Федоровичу, который уже хлопотал в квартире Семена по хозяйству.
Они договорились о том, что старый солдат переедет на время расследования к Семену, еще вчера. Он был единственным, кому в этом городе доверял Серабиненко. И учитывая тенденции и то, как близко подобрались враги, Семен не хотел потерять еще и его.
Поэтому Афанасий Федорович тихо, мирно и без шума перебрался в новое жилье.
Обжил вторую комнату и вот быстро сообразил ужин.
– Щи… щи. Не могу поверить. Как?! Из чего?
– Да было бы чему удивляться, – смутился Афанасий Федорович, – там на рынке банку кислой капусты прикупил, крупы пара горстей у тебя была. Тушенки банку трофейной кинул. Так себе щи, скорее суп из топора. Но сытный. Не хватало, чтобы ты еще на расследовании где-нибудь в голодный обморок упал.
Семен рассмеялся.
