— Что ты хочешь знать? — Даниил встает с колен и садится на кожаный диван цвета кофе с молоком. Поправляет воротник рубашки, дорогие часы на руке. Он явно волнуется, но не думаю, что больше меня.
— До меня дошли слухи, — стараясь говорить спокойно, начинаю я. — Что ты виноват в смерти своей жены. Я хочу знать правду. Если ты действительно любишь меня, то признаешься во всём. Мне бы не хотелось занять место той, что была тебе дорога, и ты будешь скорбеть по ней. Но всё меняет, если ты сам хотел её смерти.
Быстрицкий молчит долго.
Я знаю, что сейчас он взвешивает все за и против, прежде чем поделиться со мной откровенным признанием. Наконец вздыхает и говорит, глядя мне в глаза:
— Я сейчас тебе всё расскажу, но только один раз. Больше мы к этой теме возвращаться не будем, договорились?
Киваю, чувствуя холодную дрожь по телу. Сейчас я снова буду переживать момент моего убийства. Главное — не сорваться, не начать истерить.
— Лера была для меня всем, — начинает Даниил. — Но у нее была очень неприятная особенность, моя жена ревновала меня к каждому столбу, проверяла все звонки, подслушивала телефонные разговоры, просматривала телефон.
Когда я выговаривал ей за это, начинались такие истерики, что хоть из дома беги. Ее ревность была совершенно невыносима. Особенно последние месяцы перед несчастным случаем. Я узнал, что Лера наняла двух детективов, что следили за мной везде, куда бы я ни направился."
"Когда мы оказались там, в тайге, в последний день наши разногласия достигли своего пика. Это было ужасно.
Она кричала на меня, обзывала, хамила, а затем дала пощечину, оцарапала мне щеку своим перстнем. Я не мог уже терпеть это. Начал кричать на нее в ответ, мы сцепились на краю обрыва, и Лера поскользнулась. Как так получилось, что вместо того, чтобы схватить ее, я задел рукой, как бы толкнув, и моя жена упала с диким криком в реку. Но я не хотел ее смерти. Да, Валерия не была так красива, как ты, вы небо и земля. Она была пухлой, не следила за собой. Богатство Княжиных сделало ее ленивой, капризной.
Я любил ее, но знал, что не смогу больше так жить. Однако она ни за что не даст мне развод.
После того как ее тело скрылось под водой, я испугался. Понял, что во всем обвинят меня. За нами следовал вертолет и группа охраны. Каюсь, я вызвал их не сразу. Где-то полчаса я сидел и дрожал от страха на краю обрыва. Мне казалось, что я еще вижу тело Леры под водой. Я боялся, что меня сразу посадят за убийство, и лихорадочно думал, что же теперь делать.
