Зоечка, словно взрослая хозяйка, заваривала чай, и тут Иван Николаевич огорошил восьмиклассницу неожиданным разговором:
– Ты понимаешь, что я не могу бросить жену?
– Да, – кивнула Зоя.
– Я ее не люблю. Но вынужден жить с Иркой под одной крышей.
– Понятно.
– Мне не простят развода, будут крупные неприятности на службе.
– Ага.
– А если узнают о твоем существовании, то я легко могу попасть за решетку по статье о совращении малолетних.
– Ты меня не совращал, – возмутилась Зоя, – я сама!
– О господи, – вздохнул Иван Николаевич, – вот беда-то.
По-хорошему, нам следует расстаться. Не дай бог до Ирки дойдет, скандалище случится! Вселенский вой! Крик до небес! И потом, я люблю дочь.
– Ясно, – грустно сказала Зоя, – ты меня бросаешь. Можешь не волноваться, я никому не расскажу о тайне, стану жить тихо. Но знай, никогда не выйду замуж, потому что не смогу… ни с кем…
Иван Николаевич обнял ее:
– Маленькая моя! Я придумал выход из положения. Эта квартира твоя.
– Моя? – попятилась Зоя.
– Ну да, – закивал любовник, – для посторонних людей дело обстоит так: твои отец и мать развелись, Нина вместе с приемной дочкой перебралась сюда.
На самом же деле Виктор и Нина останутся жить у себя, а ты переедешь в эту квартиру. Из школы уйдешь в училище, там никто к тебе интереса проявлять не станет. Любопытным отвечай: родители умерли, оставив тебе жилплощадь и сберкнижку. Я буду приезжать сюда вечерами, раз в неделю. А там посмотрим.
«Там» вылилось в долгие годы тайной связи. Любовь Зои к Ивану Николаевичу крепла месяц от месяца, ничто не могло поколебать ее чувства.
Случайно забеременев, Зоя решила оставить ребенка от горячо любимого человека, ну, дальнейшее известно.
На момент, когда потребовалось родить дитя-донора, Иван Николаевич был уже стар, интимные отношения у него с Зоей сошли на нет, но бывший коммунистический функционер не растерял ума. В отличие от своих коллег он не стал жертвой перестройки, нашел свое место в капиталистической системе хозяйствования, руководил коммерческим банком и по-прежнему жил на широкую ногу.
Он помогал Вике, фактически содержал дочь, зятя и их детей, тянул на горбу Зою, Андрея и Игоря, отправлял вечно больную жену Ирину в иностранные клиники. Вот только сексуальные потребности поубавились, но возможность зачать ребенка осталась.
Выплакавшись Любе, Зоя воскликнула:
– И что делать? Игорек без донора умрет!
– Ерунда, – успокоила зареванную подругу Работкина, – ты зря так распсиховалась! Сейчас делают оплодотворение в пробирке.
