Оглядываюсь вокруг, а в голове так и звучит «шо», «гэ» и прочие прелести. Еще несколько часов общения с этой теткой, и я сам начну так говорить. Одно радует, снятый нами дом находится в дали от всех. Да и природа здесь и вправду хороша.
— Паша, — поднимаю голову на Танин голос. — Надо кроватку собрать, там ничего сложного, но это лучше сделать сейчас, пока я Машу кормлю. — Соберете?
— Соберу. Как тебе хоромы?
— Нормально. К хорошему привыкаешь быстро, но мне нравится здесь. Не облокачивайтесь на забор, он хлипкий.
С минуты на минуту треснет под вашим весом.
Разворачивается и заходит в дом. Хлипкий забор, блин, тоже мне всезнающая. Я еще много чего хотел подумать о Бдушкиной, например, что надо срочно отдать купленные для этой ведьмы вещи, но не успел, ибо под моим весом таки треснул забор. Хорошо хоть не шмякнулся, вовремя сумев сориентироваться. Просто нет слов!
Забираю из машины оставшиеся вещи и захожу в дом, где Таня полным ходом взбалтывает смесь в бутылочке. Сажусь на стул в так называемой кухне и обхватываю голову руками.
— А вы видели спальное место? — неожиданно раздается под ухом голос Тани.
— А что там? Вместо кровати стог сена?
— Нет. Там всего один диван и два кресла, которые не раскладываются.
— Ну если ты не храпишь и не оправдываешь свою фамилию, то так уж и быть, я пущу тебя на диван. Чего уставилась?
— Ничего.
— Вот и славно. Корми мою дочь и не смотри на меня так.
— Как?
— Вот так.
Встаю со стула и начинаю собирать кроватку. В конце концов, не такой уж я и рукозадый.
Да и делать тут оказалось нечего, даже с позабытыми навыками. Только ближе к обеду мы немного обосновались. Таня как пчелка вымывала полы в этом гадюшнике, вытирала пыль и занимались домашними делами, а я как завороженный в тайне следил за ее действиями. Я даже позабыл о неприятном дедовском запахе в доме, ибо был весь поглощён действиями этой ведьмы. Не знаю, что со мной творится, но так и тянет на нее смотреть. Видимо я делал это совсем не умело, раз Таня слезла с табуретки и уставилась в ответ на меня.
— Что?
— Ты пыль плохо протерла на серванте. Я с высоты своего роста вижу.
— Сейчас протру лучше. Кстати, не хотите попить кристально чистой водицы на серебре, — откидывая тряпку на плечо, интересуется Таня.
— А тут и такая имеется?
— Ну да, вы мало что замечаете, кроме одного. Так хотите?
— Ну давай.
Таня подходит к окну и достает с хлипкого подоконника трехлитровую банку на дне которой какая-то муть. Наливает в кружку воды и подает ее мне.
