Но я не хочу однажды утром в тридцать восемь лет проснуться проклятым. А она это сделает, будь уверен. Беременным бабам нельзя переступать дорогу, это опасный народ. Вообще с беременными и детьми связываться опасно. Так что буду держать ее до старости, ну или пока сама не захочет отсюда уйти. В конце концов, не обеднею, зато я чист. Кстати, прекрати на нее так смотреть, я видел у Жени куклу, может она в нее иголки тычет. Ты рискуешь оказаться уколотым, а вдруг она вообще решит тебя сделать отцом следующего ребенка.
— Я понял, больше смотреть на нее так не буду.
— Успокойся, я пошутил, у нее муж есть. Так, теперь за дело. Давай вещай, что там с нашими объектами.
Уткнувшись в свой чемодан, Толик достает документы и начинает вещать так, что кажется на лбу появляется испарина. Слишком старательный парень, чем вызывает мое опасение. Ощущение, что меня пасут все, кому не лень, и вроде нет никаких слитых проектов и прочего, но четкое осознание какого-то предчувствия заставляет меня присматриваться ко всем, в том числе и к Толику.
— Достаточно. Дальше я сам. Вечером жду от тебя отчет. Пришлешь мне на почту, я сегодня раньше уйду.
— Будет сделано, Павел Александрович.
* * *
Нет ничего лучше, чем когда тебя встречает тот, кого ты любишь. В любую погоду и время суток, с самым поганым настроением или с самым лучшим. Для собак этой разницы не существует. Они любят и ждут не за что-то, а просто так. Увы, людям такое не дано. Треплю за ухо своего Тимошку и в который раз благодарю судьбу за то, что это собака появилась на моем пути.
— Все, все, неси мои тапки.
Кидаю пиджак куда-то в сторону и прохожу в гостиную, где со скоростью света на меня летит Тим.
— Полегче, Тимоша.
— Ему не подходит это имя. Эту лошадь надо было назвать по-другому.
— Во-первых, это не лошадь, а лабрадор, во-вторых, добрый вечер, Галина Ивановна.
— А, в-третьих, учись, Паша, убирать за собой, желательно с этого дня. Сегодня вечером я уезжаю и уже насовсем, — подхватывает мой пиджак и вешает в шкаф. — У меня дочь родила, и я физически не могу быть здесь.
И не надо меня больше уговаривать. Хорошую домработницу с твоими деньгами найти будет не сложно. А лучше, Паша, — подходит прямиком ко мне и сдувает несуществующие пылинки на рубашке. — Найди себе жену! Тебе тридцать восемь лет, на кого ты оставишь свои деньги, дома и прочее?
— Фонду бездомных животных. Так пойдет?"
"— Паша, ну сколько можно ходить в холостяках? Посмотри на себя! Такой красивый мужчина и один.
