Будь он тысячу раз красавчиком, не прощу!
Хотя за что, я его не прощаю? Он ведь не меня предал, а настоящего Грациана. Но я все равно не могу на него положиться.
На следующий день, я с самого утра атаковала главного лекаря, требуя отпустить меня домой. Бедный мужчина, заваленный моими сообщениями, сдался к обеду. И вот спустя почти неделю, я вернулась во дворец Марин, который встретил меня пустотой и равнодушными лицами охраны.
Лишь возле моих покоев меня встретила взволнованная Дита.
– Ваше Высочество! Вы вернулись домой.
Это поистине божественное чудо! Я так беспокоилась за вас…, – Дита видимо единственный человек в этом дураком мире, который переживал за Грациана. За исключением Анны.
– Дита, я соскучился, – не обращая внимания на этикет и формальности, я обнимаю свою горничную, которая опешив от неожиданности, замерла в моих объятиях. Я чувствую, как Дамиан прожигает взглядом мою спину.
– Ваше Высочество! – Дита все же приходит в себя и выбирается из моих объятий. – Что вы творите?
– Диточка! – я опять тяну к ней руки, она искусно уворачивается и неодобрительно качает головой.
– Если кто-то увидит вас сейчас, проблем не оберетесь.
– Никто меня не любит, – насупившись, я иду в свою спальню. И Дита и Дамиан следуют за мной. Я останавливаюсь у двери, пропускаю Диту и загораживаю вход для Дамиана. Он вздыхает:
– Не веди себя, как ребёнок. Я должен оставаться рядом с тобой.
– Хочу и буду, себя вести так, как хочу, – я показываю ему язык и захлопываю дверь у него перед носом. Затем закрываю её на замок и поворачиваюсь с улыбкой к Дите.
– Ваше Высочество, что происходит? Почему вы так с лордом Артесом? – она, конечно же, ничего не знает о том, что сделал этот предатель.
– Диточка, – я иду к своей кровати и падаю плашмя. – Мне грустно.
– Ваше Высочество, принцы не заваливаются на кровать, – слегка пожурила меня Дита.
– Не заваливаются, – повторяю за ней и, подхватив подушку, прижимаю её к себе.
– Вам ещё плохо? Вы, наверное, не оправились полностью от яда. Нужно было остаться в госпитале под наблюдением лекарей.
– Я здоров, – возражаю горничной. – Яд либо не был таким сильным, либо у меня чудесный иммунитет.
– Тогда…, – Дита не знает, что ей сказать, – может, хотите чаю? Я принесу ваш любимый десерт.
– Ты слишком добра к не нужному принцу, – тихо произношу, глядя на противоположную стену.
–…, – Дита сначала приоткрывается рот, чтобы что-то сказать, но в конце концов молча качает головой.
– А знаешь, давай чай, – я резко сажусь в кровати.
