Я не способна пошевелиться и отвести взгляда, следовательно, этот проклятый Рейнер без каких-либо церемоний знакомит мое потрясенное сознание с… мужским половым членом.
Я, конечно, видела схематическое изображение в учебнике по биологии. Господи, я ведь собиралась стать врачом… Хирургом… А там всякое случается. Но я никогда не предполагала, что мне предстоит увидеть подобное с такого ракурса."
"Охваченная шоковой волной, просто его рассматриваю. Что тут скажешь… Похоже, у него все в порядке. Да, я пытаюсь рассуждать здраво и отстраненно.
Однако… Господи, он возбужден, и он огромен!
Так… Нужно успокоиться. Ничего ужасного не происходит. Это естественно.
Боже… Андрей Рейнер возьмет мою невинность и станет моим первым мужчиной.
Подобному тому, как вчера в ванной, ему приходится помочь мне подняться.
— Успокойся и расслабься.
— Я стараюсь…
— Ничего противоестественного и ужасного я с тобой делать не собираюсь, — грубовато озвучивает то, что я и сама мгновение назад поняла. — Все по обоюдному.
Тебе понравится. Я научу.
Очень сомневаюсь, но моим мнением, вроде как, не интересуются. Авторитетно заявляет.
— Хорошо…
Зажимая в кулак волосы, Андрей плавно оттягивает мою голову, вынуждая встретиться взглядом. Наклоняясь, почти касается лицом опаленной смещением щеки. Тянет носом мой запах, а я от этого звериного маневра дрожать начинаю.
Лихорадочно ищу внутри себя какие-то подсказки относительно того, что должна делать. Если не в сознании, то на инстинктах ведь должно быть заложено.
Я много лет нравлюсь ему. Именно эту спасительную мысль подталкивает мой воспаленный разум на пике нервного истощения. И я, с невесть откуда взявшейся расчетливостью, понимаю, что должна воспользоваться этим по максимуму.
Подступаю ближе. Андрей не сводит с меня напряженного взгляда, а я под напором этой темноты на мгновение застываю.
Выполняя следующий бросок, будто душу теряю. Да… Закладываю дрожащие руки ему за шею и самовольно прижимаюсь. Я голая и беззащитная. Он обнаженный и возбужденный.
Соприкасаемся и какой-то ошеломляющий физический процесс запускаем. Отчаянно игнорируя выстреливающие под кожей электрические разряды, прячу у него на груди лицо. Зажмуриваюсь и порывисто шепчу, надеясь, что он меня слышит:
— Мне страшно, Андрей… И очень стыдно… Я нервничаю из-за тебя… А когда я нервничаю, я… говорю глупости и творю… глупости… Помоги мне…
Чувствую, что удивила. Шумно выдыхает и цепенеет Рейнер. Всем телом буквально каменеет.
