Возвращается с бокалами, бутылкой вина и с бумажным пакетом из пекарни.
Сначала хочется возмутиться, что планы на вечер со мной у него давно были расписаны, но голод не терпит выяснения отношений.
Я набрасываюсь на свежайшие хрустящие круассаны и позволяю себе несколько глотков вина. Дан тоже себе позволяет, он редко выпивает и поэтому его взгляд быстро пьянеет.
– Ты хочешь, чтобы мне так и не удалось скинуть оставшийся килограмм после родов? – смеюсь, пытаясь разбавить тягучую многообещающую атмосферу.
– Нет, я просто хочу тебя трахнуть, – говорит связным языком, хотя в черных глазах бушует крепчайший дурман.
– Еще.
– Нет, – прошу и молю одновременно. – У меня уже все болит.
Я делаю еще один глоток в надежде освежить душу и тело.
А у Дана дергается кадык. И взгляд делается дико голодный, хотя только что поел. Дважды.
Когда Данияра чуть отпускает, то он присоединяется к позднему ужину и начинает задавать вполне очевидные для него вопросы.
Для него, но не для меня.
– Решила, когда ты начнешь собирать вещи?
Интересуется вкрадчиво.
Как будто ничего и не было.
Как будто секс между нами – все меняет.
Черт, меняет. Еще как меняет.
– Как только буду готова, – отвечаю честно.
– Трахаясь со мной, ты разве не была готова?
Довольно жестко.
Пытливо.
И грубо.
Вполне в манере Данияра."
"Мне хочется ответить столь же колко, но я понимаю: вступив в перепалку, мы сильно поссоримся.
– Кстати, хочу нанять няню для Миры. Это нам однозначно понадобится, – меняет тему Дан, намекая на удобный секс со мной в любое время.
Я шумно сглатываю, отвожу взгляд и жадно доедаю свой круассан. Квартира выглядит холостяцкой берлогой и в холодильнике здесь уж точно ничего нет.
На свои вопросы муж не ждет ответа, он для себя все давно решил. И для меня – тоже.
– У тебя есть здесь еда? – спрашиваю его.
– Если хочешь, поедем в ресторан или закажу сейчас, – решает он, не моргая.
– Я наелась, – качаю головой. – Я о тебе думаю, чем ты питаешься здесь? И что это за квартира, Дан?
– Перед сном закажу доставку на утро.
Приготовим завтрак.
Он подливает мне вино. Немного, еще несколько глотков.
– Я продал дом.
Тяжело.
Его слова звучат тяжело.
Не представляю, как он на это решился. И главное – зачем?
– Ты ведь вложил в него столько сил. И детскую сам делал, – произношу с болью.
– Теперь ты все помнишь. И этот дом будешь помнить вперемешку с тем дерьмом.
Видео с изменой. Похищение. Жестокость Дана. Я, любившая другого.
Наверное, Данияр был прав.
