– Не догадываешься?
Качает головой отрицательно. Но молчит. Помогаю ей выйти из машины и веду ее внутрь. Чувствую, как ее ноги заплетаются, поэтому удерживаю за талию и не позволяю упасть. Она иногда поглядывает на меня с осторожностью, но в целом, кажется, все понимает.
На том проклятом балконе – точно понимает. Я отпускаю ее талию и позволяю отойти от меня на безопасное расстояние. Она так считает – что безопасное.
– Ничего не хочешь мне сказать?
Настя хватается за горло и отводит взгляд. Блядь, боится.
Чтобы вернуть ее себе, не стоило ее сюда привозить. Но по-другому я объяснять не умел."
"– Сейчас есть шанс, Насть, – произношу негромко. – Какого хрена?
– Данияр, это была деловая встреча, – набирается смелости жена. – Ко мне подошел знакомый отца. Мы поговорили. И все.
Настя тяжело дышит.
Напряжена дико и всячески пытается это скрыть.
Не так я представлял нашу встречу, но, если бы она знала, что творилось со мной прошлой ночью – вела себя точно бы также.
– Откуда ты знаешь? – сдается не сразу.
– Ты следил за мной?
– Ты вроде бы мою фамилию носишь, – прищуриваюсь. – Думаешь, жену Багрова никто не знает? Какого хрена устроила, Насть? Ты думала, что к жене Данияра Багрова можно просто так проявлять интерес и никто не заметит?
– Данияр, я сказала ему о тебе и о дочери. И не знаю, в каком ты месте увидел симпатию, с моей стороны ее точно не было!
Ее глаза тоже сверкают от гнева. Не понравилась мнимая свобода. Хочет полную, но на такую мы нихуя не договаривались, дорогая.
– Ты, видимо, не понимаешь, Настя, – произношу слишком спокойно.
– Чего не понимаю?
– За кем ты замужем. И замужем ли вообще.
– Я не хотела ничего плохого. Мы просто говорили. Минут пять от силы, – начинает злиться.
А затем сдается.
Прижимает ладони к лицу, пряча за ним красивое лицо.
Она накрасилась. Для меня. Платье тоже для меня надела, а вечер в итоге в бездну катится.
Я оказываюсь рядом с ней в три шага. Прижимаю ее тело к себе, она сперва пугается, но затем привыкает и льнет в ответ.
Я понимаю, как сильно скучал. Настя тоже.
– Ты – моя жена, – говорю ей тихо. – Так нельзя, Настя. У других, может, можно. Будучи моей женой – нельзя.
Настя кивает еле заметно. Не мирится, через себя идет, потому что понимает, что она заведомо проиграет. Я поднимаю ее голову, вынуждая посмотреть на себя. Ласкаю пальцем ее щеку, опускаюсь к шее и груди. Хочу позволить себе больше, но не здесь.
