Когда настойчивым особам надоело мое молчание, они разом на меня набросились. Спасаясь бегством, заведомо зная, что в одиночку мне против четырех не выстоять, я, укрывшись за скальным выступом, с горечью вспомнила про белую ворону.
Пять дней мне удавалось избегать сородичей. Питалась я в основном найденными орехами и прошлогодними сушеными яблочками. Иногда мне удавалось раздобыть грибы и ягоду. Тело бунтовало, требуя мясо, но пересилить себя и съесть мышь я пока не могла. А вечерами, перед сном, я частенько размышляла, как долго я продержусь и когда инстинкт выживания все же преобладает над человеческим разумом…
На шестой день я все-таки столкнулась с вОроном.
То ли вести на птичьем языке разлетаются со скоростью ветра, то ли представитель этого семейства был из тех, кто не терпит конкурентов. Но стоило мне приземлиться на ветку огромной мохнатой сосны, как он, без предупреждающего карканья, набросился на меня, целясь жутким клювом прямо в голову.
И на этот раз я трусливо бежала. Опыта в птичьих драках у меня не было.
Летать я научилась всего неделю назад, а боязнь высоты так окончательно и не прошла. Обозвав невменяемую птицу ощипанной курицей, я решила держаться подальше от вороньего царства и перебраться ближе к полям…
Дни сменялись ночами, жизнь в теле птицы была однообразна и скучна: поиски еды, удобного и безопасного места для сна и постоянное перемещение. Я никогда не задерживалась больше, чем на день в одном месте, во избежание встречи с пернатыми. Одно примиряло меня с жизнью в теле птицы – это потрясающие виды, чувство полета и ощущение мнимой свободы…
На тринадцатый день, в очередной раз сменив дислокацию, я краем взгляда заметила небольшой отряд, продвигающийся вдоль узкой реки.
Зная, что поблизости нет ни одного поселения, мне стало любопытно выяснить, кого занесло в эту глухомань. И каково же было мое удивление, когда среди всадников я увидела знакомого мертвяка…
– «Жив» – промелькнула радостная мысль, когда я взирала на широкоплечего мужчину. Проводив внимательным взглядом отряд, удаляющийся от облюбованного мной дерева, я поднялась над небольшим пролеском и полетела следом за ними.
Отряд двигался неспеша. Время от времени часть воинов вырывалась вперед – в первый раз проследив за ними, я сделала вывод, что это были следопыты. Вернувшись, они что-то показывали Киану на карте, недолго обсуждали, и всадники ехали дальше. Перелетая с дерева на дерево, я преследовала группу людей, стараясь держаться от них на безопасном расстоянии.
