Вечерело. Солнце зашло за холм, однако на поляне еще было достаточно светло. Лес же за моей спиной пугал чернильной темнотой и жуткими звуками. Казалось, мои зрение и слух стали четче, я слышала даже мышиный писк в траве и дважды едва не поддалась птичьему инстинкту и не набросилась на желанную добычу. И лишь неимоверным усилием воли я заставила себя оставаться на месте. А есть и пить с каждой минутой хотелось все больше. Но страх оказался сильнее, и я, так и не сомкнув глаз, просидела на ветке до наступления рассвета.
Беспрестанно думая о том, как теперь мне жить в этом теле…
С приходом утра лес просыпался не спеша, серые тени медленно отступали, не желая сдавать позиции. Ночные жители с хрустом, с писком, ревом неторопливо прятались по своим норам. Дневные обитатели с криками лениво выпархивали из убежищ и отправлялись на охоту – вся их жизнь состояла в поиске: пищи, пары, безопасного места для сна. Мое новое тело было обеспокоено той же заботой, мне становилось все сложней удерживать себя, и ближе к обеду юркая ящерица, мелькнувшая на покрытом мхом пне, оказалась слишком лакомой едой, и, я не осознавая, что делаю, ринулась за добычей.
Но на мою радость, ящерице удалось сбежать, однако я понимала, что рано или поздно инстинкт выживания возобладает над моим человеческим разумом, а значит, надо срочно покормить тело птицы.
Невероятно, но стоило чуть отпустить мысли и довериться интуиции, как я, несколько раз взмахнув крыльями, все-таки поднялась над землей и, замирая от страха и восторга, взлетела над лесом.
Солнце только краем вылезло из-за горизонта и мир в его лучах казался золотым. Крылья приятно обдувало ветром, воздух был тягуч и насыщен потрясающими ароматами, от которых кружилась голова. Перед моим взором открылось бескрайнее пространство. Величественный лес с вековыми деревьями, изумрудные холмы, между которыми ветвились водные зеркала речушек. Желтые поля и зеленые луга, которым не было края. И огромные суровые горы, своими белоснежными вершинами подпирающие еще серое, мрачное небо.
Задыхаясь от переполнявших меня эмоций, с восхищением взирая на простиравшуюся неописуемую красоту, я незаметно для себя поднялась так высоко, что подо мной оказались реденькие рваные тучки, но даже это меня не остановило, и я устремилась ввысь… и только почувствовав усталость, я, с сожалением посмотрев на солнце, стала медленно спускаться туда, где синели воды реки и откуда веяло свежей прохладой.
