- И пусть приходят в первую очередь со съестным, - добавила я. – Потому что нашими усилиями мы всех накормим, конечно, но потом сами на бобах останемся.
Вообще в девяностые и нулевые мы все ходили друг к другу в гости с чем-нибудь к чаю, и даже самые пропащие приходили с каким-нибудь печеньем или шоколадкой. Так что – ничто не ново под луной.
Ульяна вышла на двор, что-то там делала – в одиночку, прошу заметить – и довольно скоро вернулась, сообщив, что дело сделано. Я подивилась про себя, но ни о чём спрашивать не стала.
Будет нужно – узнается ещё.
Вообще, конечно, можно было и майонез сделать самим, и салаты им заправить, и ещё кое-что… но времени уже в обрез. Поэтому – чуть позже. Завтра мы просто показываем, что сделали из пустого захламлённого дома, населённого нежитью, а всякие вкусности и разносолы у нас ещё впереди. Зима длинная, чует моё сердце, ещё не раз будем гостей собирать. Пока же просто поставим тесто на пироги, да побольше.
А вечером затопили баню – впервые, раньше руки не доходили вот совсем.
С удовольствием вымылись, да баннику пара оставили, всё, как полагается.
К слову, я случайно узнала, что некоего нашего домового прикармливает Меланья. Мол, пока нежить в доме была, он уходил, прямо как коты, а теперь вернулся. Ну, я вечером тоже налила собственноручно молока в блюдце и призвала «батюшку-домового». Утром блюдце нашли не просто пустым, но прямо вылизанным, и я не стала спрашивать Васю с Мусей, кто именно это сделал. Так здесь положено – значит, будем делать и мы.
А наутро в дом набились помощнички.
Ульяна пришла самой первой, мы ещё только чай пили, и с шутками да прибаутками подняла всех на ноги и организовала. Потом подтянулась Пелагея – и привела мальчишек, которые, всё же, ночевали у неё в доме, и мне пока было некогда бороться. Может, и ладно? Поглядим, в общем. Пока же они с готовностью отправились колоть дрова.
К вечеру мы сварили много рыбной похлёбки и много картошки, напекли пирогов с разными начинками, нарезали всякой закуски.
Рыбы нам доставили в течение дня от нескольких адресатов, пожелавших остаться неизвестными – свежей, солёной и копчёной. Свежая ушла в уху, остальную красиво разложили на блюда и выставили на стол. Наварили морсов - с мёдом и кисленьких.
Из столов соорудили огромную композицию – типа, один большой стол, вокруг поставили лавки. Скатертями меня тоже ссудили, или подарили, я уже и не знаю. Ложек было много, наверное, хватит всем, как и мисок, и чашек. И стопочек.
