И кипяток в покойничков, и потом ещё поход в подвал и зачистка того подвала.
Вчера в тот момент, когда Северин сказал, что в подвале мертвецы, первой моей мыслью было – и как теперь вообще я буду дальше жить в этом доме и ходить в этот подвал. Мне будет страшно и противно, и запах будет мерещиться, даже если его и не будет вовсе.
Но после того, что там сделал рыжий приятель нашего господина генерала, с подвалом всё стало, как надо, это вот прямо ощущалось. Тот невероятный слепящий свет не оставил шанса ни грязи, ни нежити, ни микробам, ни бактериям.
Интересно, как это делается? И можно ли попробовать сделать без вреда для здоровья? Моего здоровья, ясное дело?
Ладно, Женя, подъём. Встали и пошли умываться.
Пока умывалась, Марьюшка рассказала, что на улице ночью приморозило. Вода покрывалась коркой льда уже давно, и иней на траве тоже мы видели регулярно, но тут уже и вдоль берега, сказали, начинает образовываться ледяная корка. Эх, торопиться надо.
- Что это такое о вас тут рассказывают? – поинтересовалась вместо доброго утра сидевшая на куне Трезон.
- А что ж вы вчера сами не пришли да не послушали? – спросила я. – там было интересно.
- Что-то подозрительно мне это всё. С чего это там, где вы есть, то пожар, то ещё какая напасть?
Мне самой, дорогая госпожа Трезон, знаете, как всё это интересно? Но вслух я сказала только:
- Это местные напасти. И если бы вы были внимательнее, то тоже бы о том знали. Кстати, вы уже решили, где собираетесь жить?
- Вы это о чём? – искренне не понимает.
- О том, что зима на пороге, и нехорошо добрым людям лавки просиживать.
Вы договорились с Пелагеей? Или вас возьмут ещё в какой-то дом?
- Я буду жить там же, где и вы, - сообщила, и нос задрала.
- В самом деле? А сделать для этого что-нибудь не хотите?
Лавку я ей выделить могу, от меня не убудет. Но – только если хотя бы палец о палец ударит для собственного дальнейшего житья.
- Вы это о чём? Не думаете ли вы, что я тут буду что-то мыть?
- Раз мне не зазорно, то и вам сойдёт, - пожала я плечами.
– Но я не настаиваю, поймите меня правильно. Вдруг у вас уже есть на примете тёплое местечко за печкой? Или вам нравится то, где сплю сейчас я? Думайте, в общем.
Трезон поджала губы и куда-то удалилась, впрочем – внутрь дома. Пусть сама соображает, вообще не маленькая уже.
Пелагея накормила меня завтраком и пообещала перину – вроде бы она вчера слышала, что есть такая надобность. Мне стало неловко – мало того, что меня тут кормят второй месяц, так ещё и перина.
