Вроде бы граф Ренар, прозываемый местными старым Лисом, был вельможей и магом, сюда попал за какие-то разногласия с королём – тем самым, с которым мутила Женевьева, здесь жил несколько лет, здесь же и умер. Умер вроде бы естественным путём – простудился зимой, была у них тут прямо эпидемия простуды, и даже сила его магическая не помогла, а Дуни, надо полагать, на всех заболевших просто не хватило. А это ведь просто – переохладился, сразу болезнь не захватили, осложнение, воспаление лёгких, и привет. Антибиотиков нет, справляйтесь, как хотите.
Или не справляйтесь. Вот старый Лис и не справился.
В сундуке нашли пару сапог – не слишком больших, кстати, нужно попробовать примерить. И похоже, были ещё и другие, раз самогонщики Дормидонт с Севостьяном всё время поминали какие-то сапоги. Наверное, переживали, что сами не догадались прибрать к рукам?
Найденную посуду унесли на кухню, новые, но отсыревшие льняные простыни отложили в стирку.
- Скажи, Ульяна, перины можно кому-нибудь заказать? Простыни мы как-нибудь подрубим, будет хорошо, а вот перину бы.
- Найдём, перо и пух у меня есть, и сдаётся мне, не только у меня. Тебе как – попышнее, пожиже?
- Попышнее, попышнее, - рассмеялась я. – И подушки, что ли.
- Сделаем, - закивала та.
Ещё нашли два неплохих суконных плаща, серого и тёмно-зелёного цвета, и их бы тоже просушить. Разложили пока по тем столам, что ещё не занесли в дом, а там видно будет.
Мужики-самогонщики составили в своей комнатке склянки и бутыли ровными рядами, вымыли пол – сказали, они и так это иногда делают, потому что чисто ж должно быть, процесс тут у них.
Потом они сходили до неведомого мне пока Синюхи, но дома его не застали. По словам супруги – с утра подался куда-то в лес.
- Он того, блаженный немного. Может, с того и пьёт, - пожал плечами Севостьян.
- Что дальше, матушка-барыня? – глянул Дормидонт.
- Дальше дрова. Зима, понимаете ли, близко, а у меня дровяной сарай пустой. Что вам нужно дать для того, чтобы запасти, распилить и наколоть?
Переглянулись, почесали затылки – синхронно, я чуть не рассмеялась в голос, но вовремя подавила смешок.
- Это, лошадь бы с телегой.
- Ульяна, у кого есть лошадь с телегой?
- У отца Вольдемара, - тут же откликнулась та. – У нас была, раньше, теперь кому за ней смотреть?
- Значит, идёте сейчас к отцу Вольдемару на профилактическую беседу и за лошадью.
- Что ли на ночь глядя в лес? Матушка-барыня, пощади.
- Почему на ночь? Завтра с утра.
- Так непогода завтра.
