Я хотел отомстить, но у меня не было никакого желания служить наживкой для хищной щуки...
Глава 18
Голова у охранника напоминала тыкву, широкую в основании, но резко суженную в районе верхушки, где должен находиться хвостик. Мощные надбровья с резкими скосами, глазницы прямоугольной формы, нос напоминал высокий равнобедренный треугольник, тонкая ровная полоска рта – все это, казалось, было вырезано ножом. Как будто не лицо у парня, а лишенная чувств тыквенная маска для Хэллоуина. Даже цвет кожи желтоватый.
Охранник неторопливо прошелся по мне взглядом, едва заметным движением головы показал, что я могу пройти через рамку металлодетектора.
Василий с беспечным видом попытался пройти за мной, но не тут-то было.
– Вам нельзя, – перегородив ему путь, с холодным равнодушием сказал парень.
– Почему?
– Лимит на мужчин вышел. Завтра приходите.
– Не понял! – напыжился Ветряков.
– А может, он не мужчина! – хихикнула за его спиной стройная девушка с множеством светло-русых косичек, что, надо сказать, очень шло ей.
Василий резко повернулся к ней, но гневная вспышка в глазах вмиг рассеялась, уступив место кобелиной маслености. Парень по достоинству оценил сексапильность девушки и также обласкал взглядом ее подружку, стильную брюнетку с васильковыми глазами.
– Вот видишь, как девушка со мной хочет, – обращаясь к охраннику, сказал Ветряков. – Даже небылицы выдумывает, чтобы тебя уговорить.
– Да нет, не уговариваю, – подмигнув охраннику, мотнула головой девушка. – Я с такими не вожусь.
Хихикнув, подружки беспрепятственно прошли мимо капитана, просочились через рамку металлодетектора и скрылись в глубине коридора.
– Ну и зачем ты это сделал? – багровый как вареный рак спросил Василий.
Казалось, еще чуть-чуть, и он вцепится охраннику в горло.
– Мужчина, вы свободны, – монументально спокойно отозвался тот.
– Я-то мужчина. А ты можешь оказаться девочкой. В тюремной камере. Хочешь, организую?
Капитан достал удостоверение, показал охраннику корочки. Видимо, парень почуял, что страсти накалились нешуточные.
Он понимал, что ему будет худо, если Ветряков пойдет на принцип. А судя по его состоянию, он мог пойти на все.
– Ну, лимит на милицию у нас не исчерпан, – пожал плечами охранник.
Он пытался сохранить невозмутимое выражение лица, но сейчас это ему не очень хорошо удавалось.
– Совсем оборзели! – пыхнул злобой Ветряков, когда мы оказались в мраморном холле, откуда открывался вход в большой зал. – Лимит у них вышел...
