Агранов должен был это понимать, но все же дал утвердительный ответ. Конечно же, все нормально, впрочем, как и у меня, а ведь я добрую половину ночи проспал.
Но как бы я ни провел ночь, утро уже наступило, и пора было немного подзарядиться. Физические упражнения исключались: не те сейчас обстоятельства. Но энергия для тела хорошо черпалась из пищевых калорий. Их я нашел в холодильнике – яйца, колбаса, масло. Олесю будить не стал, чтобы спросить разрешение на их добычу и освоение, по своей воле полез в морозные недра холодильного шкафа.
Соль и сковородку нашел в ящиках стола, как зажечь газ, уже знал...
По кухне витали, переплетаясь и закручиваясь, невидимые шлейфы сытных запахов, растопленное сливочное масло еще шкворчало на сковородке, когда на кухню, потирая заспанные глаза, вошла девушка – растрепанная, помятая, без косметики, но при этом весьма аппетитная на вид. Как мужик, я не отказался бы отведать ее на десерт. А как мент при исполнении, я должен был гнать от себя крамольные искушения. Не для того я здесь, чтобы лезть к этой девушке в постель.
.. Впрочем, еще вопрос, кто к кому лезет?
– Ничего, что я здесь хозяйничаю?
Олеся оторопело смотрела на меня и молчала. Чуть погодя рефлекторно приложила руку к груди, сдерживая рвотный позыв.
– Опохмелиться не желаете?
Этот вопрос вызвал более бурный позыв, и Олеся сдержать его не смогла – закрылась в туалете. Только за ней захлопнулась дверь, как появилась Дарья. Такая же смятая, как утренняя постель, но вовсе не отталкивающая на вид.
– Чего над девушкой издеваешься? – насмешливо спросила она, потеребив не застегнутую верхнюю пуговицу на измятой после сна рубашке.
– А ты, я смотрю, ее защищаешь, – в тон ей хмыкнул я.
– Человек, как-никак.
– А я думал, подруга. Как спалось в обнимку?
– В обнимку с тобой? – заметно смутилась Дарья.
– В обнимку с ней!
– Что ты несешь?
– Да вот, поесть несу, – иронично глянул я на Бесчетову.
Я разделил блюдо на три части, разбросал по тарелкам. В это время из ванной к нам вышла Олеся.
– Как спалось? – бодро подмигнул я ей.
– Э-э, я, кажется, проснулась в спальне, – поморщилась она.
– Меня там уже не было. Ухожу, смотрю, друг с дружкой переплетаетесь, – с плутовской улыбкой на губах обвел я взглядом женщин. – А так со мной спали, одна с левой стороны, другая справа. Знаете, мне о-очень понравилось!..
Олеся снова приложила руку к груди, раздувая щеки, повернулась ко мне спиной. Снова позыв, но мне почему-то показалось, что ложный.
– Стоять! – осадил ее я.
