Да, если бы я узнал, что Тина не усваивает даже мою суть… Наверное, тогда у меня был бы лишь один выход. Вернее два.
Медленно убить девушку собой, а на это я бы уже не пошел. Либо отпустить ее и оставить себя проклятым навсегда.
Тина
Мне было даже хорошо. Помнился страх, что охватил меня, когда поняла, что умираю. Или теряю сознание. Я ведь ничего об этом не знала. В обморок падала один раз, в подростковом возрасте, по неизвестной причине. Врач тогда сказал, что во время полового развития это бывает, как-то гормоны влияют.
Но тогда все произошло очень быстро. Просто перед глазами выключили свет, а потом я очнулась и увидела над собой испуганное лицо отца.
Сейчас же, когда ноги вдруг неконтролируемо ослабели, а сама я словно потеряла связь с окружающим миром, успела ужаснуться.
Но приходила в себя плавно. Как будто просыпалась от долгого целительного сна. Так бывает – ты уже проснулся, но блаженная истома не желает отпускать сразу, и ты сам удерживаешь ее.
– Тина, как ты? – услышала я вдруг взволнованный низкий голос.
Кажется, я знаю этот голос. Был какой-то мужчина, который говорил так же…
Этот голос вырвал меня из ошметков истомы.
Я увидела над собой сразу два мужских лица. Одно – невероятно мужественное. Ах да, это обладатель того восхитительного баритона, Грегори… Кажется, в его руку я вцепилась, прежде чем упасть.
Второе лицо… Хоть убейте, не помню, как этого молодого мужчину зовут. Тоже весьма привлекательный. И я точно его уже видела.
Ладонь этого мужчины лежала у меня на лбу.
Это было приятно, он словно вливал в меня искорки радостной бодрости.
Увидев, что я открыла глаза, мужчина убрал руку. А у меня словно что-то зажглось в памяти. Я вспомнила.
Темная поляна, Грегори, высокий и опасный, этот мужчина, приехавший с Эрми на машине. Ужин с Дартом, обида на него…
Что же, выходит, я потеряла сознание от стресса?
– Как ты, Тина? – повторил вопрос Грегори.
Его лицо выглядело по-настоящему озабоченным. И немного расстроенным. От этого он казался более живым.
Даже каким-то родным.
– Наверное, неплохо, – ответила я, пытаясь приподняться с диванчика, на котором лежала.
К моему удивлению, помогать мне бросился сам Грегори. Поддержал за плечи, помог сесть. Это было очень приятно.
– Хорошо, – приобнимая меня, сказал он. – Андреас – неплохой врач. – Шеф сверкнул взглядом на того молодого мужчину. – Он помог нам.
Я отметила в его тоне раздражение, видимо, Дарту не нравилось, что врач тут Андреас, а не он сам.
