"
"Этих денег хватило бы нам на то, чтобы завершить ремонт конюшни и обновить изрядно обветшавшую мебель в особняке, хоть немного повысить жалованье слугам и пригласить хороших учителей для Нэйтана.
Даже если Шарлотта выйдет замуж за его высочество (хотя никаких доказательств того, что герцог намерен сделать ей предложение, я пока не замечала), мне не хотелось бы, чтобы о ней говорили как о бесприданнице. Я же на часть приза смогла бы купить домик в столице — однажды Нэйтан станет совершеннолетним, женится, и оставаться в Карлайл Холле для меня станет неудобным.
Эта идея так захватила меня, что я оставалась глуха ко всем разумным доводам мистера Гранта.
— Ваша светлость, Марлоу до сих пор не поднялся с постели, а именно он — наш лучший жокей!
Я отмахнулась:
— Эйнари всё равно не позволила бы ему на себя сесть — пока в качестве наездников она признает только меня и Нэйтана.
Конюший округлил глаза:
— Не хотите ли вы сказать, миледи, что сами примете участие в скачках? Это решительно невозможно! Да, на небольших ипподромах я видел женщин-жокеев, но не в Анзоре же! Там этого просто не допустят!
— Однако правилами это не запрещается, — поддержала меня Шарлотта.
— Мы с Теодором, — тут она смутилась и поправилась: — с мистером Керром изучили их вдоль и поперек — там нет никаких запретов по этому поводу.
Я и сама уже не поленилась письменно обратиться к нашему поверенному мистеру Дэвису по этому поводу (разумеется, не сообщая, что хочу участвовать сама) — он дал мне тот же самый ответ, что прозвучал сейчас из уст Шарлотты.
Мистер Грант хмыкнул:
— Конечно нет, мисс Карлайла. Потому что никто и подумать не мог, что подобная бредовая мысль может прийти кому-то в голову. Но даже если допустить, что вы справитесь с Эйнари на скачках, то представьте, что будет потом — особенно если вы выиграете. Когда вы будете получать кубок из рук его высочества, вам придется снять кепи, и все увидят, что вы — женщина! Более того, все узнают, что в скачках наряду с простыми жокеями принимала участие леди! Боюсь, общество осудит это.
Я не могла не признать его правоту в этом вопросе. Конечно, общество осудит. Но, признаться, мне не было до этого никакого дела. Если нам достанется главный приз, я смогу пренебречь осуждением мисс Кросби и ей подобных. Если же мы не выиграем, то не будет никакой необходимости раскрывать нашу тайну.
Каждый день мы устраивали по несколько забегов на тренировочном круге в нашем поместье — приучали Эйнари к бегу в общей группе.
