С намёком на преемничество, если оправдает ожидания. Высоко взлетел в общем. Будущий зять старшего принца ринулся доказывать с жёстким и хладнокровным рвением, приняв непосредственное и активное участие в ликвидации остатков обезглавленной Чёрной Гильдии.
А я половину этого времени пребывала в принудительном отпуске. По некоторым недомолвкам и оговоркам Севастьена мне удалось узнать, что его шантажировали моей жизнью, но стоило об этом спросить, как он бледнел, смотрел на меня пылающим больным взглядом, заявлял, что всё это уже позади, и он никогда больше не допустит, чтобы подобное повторилось.
Лучше сдохнет. Так и говорил. А потом волок меня в ближайший уединённый уголок и принимался стирать из моих мыслей всякие напрягающие его вопросы.
А после одного такого «разговора» мне даже предложили уволиться. Вот прямо так. И даже озвучили альтернативный вариант, посулив должность преподавателя в нашей родной военной Академии. Скандал был знатный. Ваз в нашем доме сильно поубавилось. Муж по сложившейся традиции позволил мне спустить пар, после чего изловил и тщательно успокоил, а потом уже объяснил и аргументировал свою просьбу.
Он де за меня боится и не переживёт, если со мной что-то случится. Но на этот раз я не поддалась и упёрлась рогом. Никуда я увольняться не буду. Хочет? Пускай обвешивает защитными артефактами с ног до головы, а я свою работу люблю. Не для того он меня самолично столько лет муштровал, чтобы я в преподаватели подалась. А если принудительно уволит, уйду к Виттории обижаться.
Давно уже в гости зовёт, кстати. Это, конечно, была шутка. Смотря ему в глаза, я как могла объяснила, насколько мне важно то, что я делаю, насколько я горда своими достижениями, своим вкладом в общее дело обеспечения мира и безопасности в родной стране. Тьену, поскрипев зубами, пришлось смириться. Тем более, что сам такой. Уступил он, правда, при условии, что я возьму месяц отпуска и носа даже не буду показывать в Департаменте. А он попытается за это время успокоиться. Компромисс — наше всё, как любит говорить моя неожиданно новообретённая коронованная подруга, которая и оглушила меня только что крайне невероятным утверждением.
— Что значит из другого мира? — мотнув головой и невольно нахмурив брови, уточняю я. Ну скажи, что мне послышалось.
— То и значит, — пожимает она плечами, как ни в чём не бывало, разбивая в пух и прах мои надежды. — Я узнала об этом, когда искала автора, что написал о другом мире в детских книжках, которые так понравились Таю.
