Просто так я их не вижу, значит, и зрение на триста шестьдесят не заработало. Это радует. Что с чувством роя?
А вот ничего! Как шипобрюх развеялся, так всех остальных будто ветром сдуло. Я подошёл к ручью, но там, где ещё пятнадцать минут назад было не протолкнуться от крылатых, только морды пираний высовывались. Следили за мной белыми глазами и клацали зубами.
— Не, купаться сегодня больше не пойду, — отмахнулся я и, махнув Деми рукой, пошёл к лагерю.
— Ну как? — спросила девушка.
— Пока непонятно, — ответил я, сканируя пространство, ещё не отключившейся чуйкой.
— Стой, что-то есть…
Контакт, негромкий звоночек, принесённый ветром. Настойчивое потрескивание, почему-то больше напоминающее счётчик Гейгера, нежели жужжание крыльев. Я резко повернулся в ту сторону, понимая, что чуйка шакраса бесполезна. Слишком мелкий объект, с полным отсутствием опасности. Хм, значит, сработало уже само «Чувство роя». На минималках, потому что роя там и в помине не было — в воздухе зависла одна рыжая малютка, которую без суперзрения я бы никогда не разглядел на фоне неба.
Я моргнул, будто фиксируя контакт, и мысленно подозвал насекомое поближе. Даже мысли не допускал, что ничего не получится. Врубил такую внутреннюю уверенность, что буквально железобетонный тоннель построил между нами. Или аэротрубу, через которую стрекоза медленно начала приближаться ко мне. Когда до неё оставалось уже несколько метров, а Деми замерла, сжав кулачки, будто она фокусы какие-то смотрит, чуть сбавил напор.
Превратил аэротрубу в красную дорожку и протянул руку навстречу.
Посадку даже не почувствовал. Стрекоза, будто пёрышко, опустилась на открытую ладонь и повернула на меня голову. У меня на ладони можно было с десяток таких припарковать. Сантиметров пять в длину и крылышки максимум по четыре. Совсем мелкая и какая-то неказистая, по сравнению с теми кислотными и радужными, что я встречал вокруг лагеря раньше.
— Это бродяжка, вид такой, — восторженным шёпотом сказала Деми.
— Очень редко в наших краях селятся, в основном проездом. Возможно, она даже была за пределами Пограничья.
Про бродяжку я тоже что-то слышал. Но по моим воспоминаниям, это, наоборот, был самый распространённый вид на земле. Мигрируют на тысячи километров, что-то вроде восемнадцати, и в том числе живут в Гималаях на высоте свыше шести тысяч километров. Вот тебе и выносливость, и идеальный дрон-разведчик.
