Анфиса… Мне всё сложнее с ней общаться. Мы слишком разного хотим друг от друга. Точнее, она от меня — всё, а я от неё — ничего.
— Да, — взял я трубку.
ГЛАВА 18.
— Богдан, ну почему ты не отвечаешь? — спросила она. — Я вся извелась. Я тебе звонила и вчера, и утром!
— Ну вот — ответил.
— Почему ты не поехал ко мне?
— Потому что я поехал к себе.
Вместе мы не жили. К такому шагу я оказался не готов даже после результата теста, хотя подумывал о том, чтобы жить вместе с матерью моего ребёнка. Но вчера особенно отчетливо осознал, что не хочу этого.
После губ и запаха Нади — не хочу больше Анфису.
Я и подумать не мог, что меня так вштырит поцелуй с женой. Я целовал её жадно, словно после долгой разлуки. Когда у меня её отняли, я понял, как мне это было важно.
Вспомнил, какие у неё мягкие губы. Когда я поцеловал её в первые, уже не смог найти тот же кайф с другими. И сейчас меня тоже колбасит едва я вспоминаю вкус её губ, хоть она и сопротивлялась мне…
Всего лишь один пьяный поцелуй мне снёс голову…
С Анфисой жить не буду.
Она живёт в своей квартире, а я — в своей. В моей собственности несколько квартир…
Та, в которой мы жили с Надей, останется ей — я уже зарегистрировал её на жену.
Жить в ней она не хочет, это и понятно, но потом остынет и продаст, может быть. Способ искупить свою вину странный, но хоть что-то. Бросать её на произвол судьбы я не собирался. Но Анфиска как змея мне разум затуманила, глаза замылила словно — я видел всё не так, как было. Как околдовала меня, гадюка. Но едва встал вопрос жить с ней и жениться, я понял, что связывать свою жизнь с ней не хочу.
Ребёнка не брошу, но на этом всё.
— Почему ты был у неё? Скажи мне, — плакала в трубку Анфиса.
Потому что хотел к ней. А к тебе — нет.
— Проехали.
— Как проехали, Богдан? Ты что — любишь её, что ли?
— Не твоё дело.
— Ну как — не моё? Я, вообще-то, ребёнка твоего ношу!
— Я сказал, тема закрыта.
Она поняла, что я сейчас просто прерву разговор, и сбавила обороты.
— Богдан, ты сегодня приедешь? — спросила она тихо.
Анфиса, конечно, ощущала похолодание между нами, но боялась услышать, что я её бросаю, и потому старалась не нарываться.
— Нет.
— Почему? Много работы?
— Много, — ответил я часть правды.
— А послезавтра? Я так скучаю по тебе.
— И послезавтра много работы.
Нет, всё же стоит с ней поговорить серьёзно. Хватит уже мозги пудрить девчонке. Она ведь надеется на брак и семью, стоит поделиться своими намерениями, чтобы она перестала тешить себя надеждами.
