Ты в порядке? Что он тебе сделал?
— Мне? Да ничего, но он столько всего рассказал! Ему помогли… я не знаю, как сказать…
— Постарался твой дебил бывший, которого я не успел уволить, — ровным голосом сказал Олег. — А сделал он это по просьбе Изы, я все знаю, Вась. Стой там, где ты стоишь, не отключай звонок.
Я не успела осознать до конца, что он уже в курсе всех событий, как снова услышала голос Бессмертного.
— Василиса, родная моя девочка, а теперь садись обратно за стол, глубоко вдохни и расскажи мне все по порядку.
Я уложилась, наверное, в минуту. Оказалось, что, по сути, Елисеев не так много и сообщил мне, я сумела очень быстро все передать Олегу. И конечно же, я спросила про свою статью.
— Он не соврал. Я ее переслал на свою почту, я всегда копирую себе документы, которые намерен еще раз перечитать, пересмотреть. Это привычка, годами выработанная. А потом мы поговорили… выяснили все. Когда ты ушла, я удалил письмо, даже не открыв его. Я и не вспомнил об этом, пока про Пономаренко не выяснилось. Прости.
Я сам тебя подставил. И себя тоже.
— Он уедет из города, — я перевела разговор на Елисеева, чтобы потом разобраться с возникшей обидой на Бессмертного. — Его надо остановить!"
"— Не надо. Ничего незаконного Елисеев лично не сделал, собирать доказательства того, что статью проплатили, я сейчас не буду. Спасибо тебе, что беспокоишься за меня, но я прошу тебя больше никуда не лезть. Это может быть небезопасно. Я сам разберусь, договорились?
— Я помочь хотела! — Вот сейчас обиду я не собиралась сдерживать.
— Я же не знала, что ты все выяснил уже!
— Ты помогла мне, мой Пинкертон. — Я просто услышала, как он улыбнулся в трубку. — Кое-что из того, что поведал тебе Иван, я не знал, зато теперь четко понимаю, кто именно заказал статью. И это немного меняет мои планы. Возможно, мне придется задержаться в Москве на пару дней дольше, еще не уверен. У меня вылет через полтора часа.
— Я очень хочу, чтобы у тебя все получилось! Просто несправедливо будет, если все пойдет коту под хвост из-за одной только заметки! И еще я буду скучать, — чуть тише добавила я.
— Уже скучаю.
Он устало вздохнул в трубку.
— Вась, я вернусь, как только смогу. Я даже отца своего подключил. В конце концов, это его разборки, не мои.
— А? Расскажи! — невольно вырвалось у меня. — Я так и знала, что все это как-то связано с его делишками! Прости, пожалуйста!
— Расскажу, как вернусь.
