Оказывается, во мне много всего накопилось. — И не только, когда тебе плохо и нужна поддержка или когда ты счастлив, как тогда в Новосибирске, а всегда. Я тебя безумно ревную к твоему бизнесу. Но я не буду публиковать эту статью. Обещаю.
Сама не ожидала, что такое скажу.
— Спасибо! Для меня это важно, не буду скрывать. Да и не только для меня. Я терпеть не могу твою работу, Вася. Пытаюсь с ней смириться, но плохо получается. — Олег широко улыбнулся, словно тоже долго держал это в себе и сейчас рад, что наконец признался.
— А то, что ты полдня проводишь с Елисеевым, это вообще за гранью добра и зла.
— Но я люблю то, чем занимаюсь! — Я задрала голову и посмотрела в черные глаза Кощея. — Я не оставлю свою редакцию. И так не пишу про тебя, а могла бы! Одна личная жизнь чего стоит, а если про друзей еще твоих людям нормальным рассказать…
Олег рассмеялся. Легко так, что у меня не возникло ни малейшего сомнения в том, что он правильно понял мою шутку.
— Я не хочу выбирать, — тихо добавила я, но он прекрасно слышал каждое мое слово.
— Не хочу жертвовать. Ни тобой, ни своей работой. Не хочу, чтобы на меня смотрели только как на подружку олигарха, с которым боятся ссориться, но очень хочется.
— Тебя обидели? — резко спросил Олег. — Кто?
— Никто, не важно. — Я вспомнила, как девчонки говорили сегодня утром о Трегубовой. Не хватало еще, чтобы она работу не нашла. Я не сомневалась, Олег мог при желании устроить ей веселую жизнь. — Ты спросил, чего я хочу. Вот этого всего, и чтобы видеть тебя чаще, не только на выходных, с которых надо срочно возвращаться в город!
— И это запомнила, значит?
— Выходит, что так.
Мы практически не общались с тех пор, как вернулись. Ты был занят.
Олег молча отпустил меня и сделал обратно несколько шагов к дивану. Я будто в замедленной съемке смотрела, как он достает связку ключей, а к ним еще какую-то карту.
— Это вообще не проблема. Что бы ни случилось, я всегда ночую дома. — Он вложил в мою ладонь связку ключей. — Проблема в том, что возвращаюсь я обычно поздно, но буду приезжать раньше, если ты там будешь.
— Возможно, буду. — Ключи жгли руку, но я не торопилась с ними расставаться. — Но не сейчас. Мне нужно время, Олег. Всего несколько дней, пара дней тишины. Знаю, странно звучит — только что сама жаловалась, что видимся редко, и тут же говорю, что хочу побыть одна. Но мне нужно подумать, переварить все, что произошло, отсечь лишнее, сплетни всякие, слухи… Знаешь, не очень приятно слышать, что тебя называют ширмой.
