— Василиса, как вам наше мероприятие?
— Мне надо поговорить с Екатериной. Остались нерешенные вопросы.
— Да, конечно! Вы можете оставить вопросы мне, мы подготовим для вас ответы.
— Нет! Мне нужна Екатерина лично! Дайте ее мобильный!
— Только через пресс-службу, — все еще с улыбкой, но куда более жестким голосом сказала Анна.
И я сорвалась.
— Да пошли вы сами, в свою пресс-службу!"
"Лицо пиарщицы вытянулось от удивления или обиды, да и бог с ней! Я схватила куртку и вылетела из павильона, повертела головой — никакой Мамаевой, конечно же, видно не было.
Что происходит? Что, черт побери, происходит?
Какая ширма? Что за пиар-ход?
Дрожащими пальцами нажала на вызов. Пусть объясняет, что происходит. Гудок, еще один, третий, четвертый… Ну где ты?! Олег?! Кощей чертов!
«Абонент не отвечает, вы можете оставить сообщение…» Быстро нажала на отбой, пока не включился автоответчик. Я хотела услышать, что он скажет, а не просто наорать на него. Что за игры?!
Меня мутило.
Надо выбираться отсюда.
Обратно в «Аркадию» точно не пойду, хотя если бы я знала, где найти эту козу… Не знала она, видите ли…
Морозный воздух постепенно приводил в чувство. Ноги сами повели по очищенному от снега тротуару. Нужно было что-то делать, двигаться, ждать автобуса не было никаких душевных сил.
Слова Мамаевой не выходили из головы, а еще они самым ужасным образом переплетались со Светкиными вопросами. Про то, не договор ли у нас и где его настоящая невеста. Настоящая, значит? А я — ширма?!
Внутри все клокотало, но мозг отказывался в это верить — вот нет, и все.
Даже циничная и едкая Виолетта молчала в моей голове.
Может, просто развести меня хотела? Напакостничать, чтобы я в нем засомневалась? Но он же ни черта не рассказывал? Да еще сказал, чтобы я о нем ничего не писала. Про эту невесту мифическую чуть ли не клещами вытащила из него.
На глаза навернулись слезы. От злости. На всех: на придурочную Ирку, которую уволили, а винят все меня в ее бедах, на Ваню, который оказался злобной тихушной сволочью, на Светку, что сегодня несла полную хрень, на общипанную болонку Мамаеву! Вот ее я бы хорошенько так потрясла.
Всю бы вытрясла.
Но больше всего мне хотелось сейчас посмотреть в его глаза. Неужели и правда как щитом мной прикрывался? Не верю. Вот не верю, и все. Он не стал бы.
Сама не заметила, как отмахала на морозе две остановки пешком. Лицо грозилось вконец обледенеть, руки в варежках тоже требовали хоть какого-то тепла.
