Они пролетели над пустынным местом, по которому пролегал их пеший путь, отмеченный на карте. Брошенный поселок, подумал Верестников, держась за поручень и подставляя лицо под напор ветра. Коричневые стены домов, более яркие – крыш, темные – проемы окон и дверей, будто подметенные дорожки, пробежавшие к каждому дому, сараю.
Поселок остался позади. Слева обозначался еще один – скорее всего жилой: над ним поднимался дымок. К нему вела дорога, усеянная крупными камнями, которые можно было разглядеть даже с высоты ста двадцати метров.
Майор определил для себя порог и вел машину на постоянной высоте. Он хорошо управлялся с вертолетом.
Глава 19
Один и без оружия"
"В это раннее утро Марковцев в очередной раз набрал номер Виктора Сеченова и первым делом поинтересовался:
– Что слышно в «Фирме» по нашему делу?
– До меня даже слухов не доходит, – ответил Виктор. – Если генерал и предпринял какие-то шаги, то мне ничего не известно. Да, вспомнил. Я говорил тебе про Алексея Верестникова?
– Правая рука генерала Короткова.
– Его не было пару дней. Где он шатался, неизвестно. Сейчас снова пропал. Не думаю, что затевается что-то против вас. Эти события точно не прошли бы стороной, и я узнал бы о них.
Марк несколько раз пытался выйти на Тувинца. Тишина. О чем и сказал Сеченову. Тот словно отгородился рукой:
– Сергей, это твой человек. С моими связь ты не терял ни на секунду.
И он был прав, черт возьми.
– Будут новости – звони.
– Обязательно. Одну секунду, Сергей. Я говорил с нашими друзьями из Домодедово.
Помнишь их?
– Да. – Марк без труда представил экспедитора и кладовщика, без которых операция была бы невозможна. – С ними-то что?
– Они отказались от доли, если даже случится невероятное: мы сможем найти деньги.
– Баба с возу… – коротко ответил Марковцев, прерывая связь. И сказал Кате: – Сегодня уходим отсюда. С Тувинцем нет связи, а это плохо.
В этом двухэтажном здании, крыша которого была усеяна антеннами, а второй этаж был жилым, поселились четыре человека. Адам хотел было привезти из Шеки жену с детьми, но Марк убедил его, что делать этого не стоит.
Он организовал охрану объекта, исходя из возможностей его команды, а они были таковы: он один из всех имел боевой опыт. Хусейн в армии не служил, и, применимо к оружию, руки у него были «кривые». Оружие – два дробовика «ТОЗ-194» с полуметровым стволом и магазином на семь патронов. С ним-то и вышел Хусейн в это утро на улицу. Приложив ладонь к глазам, он смотрел в сторону приближающегося вертолета.
