Впрочем, полной уверенности на сей счет Ева не испытывала.
— Я попробую, — весело согласилась она. — Полагаю, мне оказана особая честь.
— Чудесно, — пророкотала миссис Снит. — Как ни досадно, мы забыли захватить еду и одежду для детей, так что мы вернемся за вами через несколько часов.
— Вы… — Ева похолодела. Три женщины нацепили на лица любезные улыбки, старательно изображая простодушие. — Что ж, хорошо. Тогда я, пожалуй, пойду.
Ева медленно и осторожно вошла в покосившуюся калитку. Потом нерешительно остановилась, сделала еще несколько шагов по двору и оглянулась.
Дамы радостно помахали ей. Ева расправила плечи, набрала в грудь побольше воздуха и уверенной, летящей походкой направилась к дому, хлеща юбками задиристых кур, которые отчаянно кидались в атаку, словно грабители в темных закоулках Сент-Джайлз, да так и норовили клюнуть мыски ее туфель.
Приблизившись к дому, Ева замедлила шаг. Грязные, закопченные оконца казались непроницаемыми, будто их не мыли годами. А может быть, обитатели дома не желали, чтобы кто-то заглядывал в окна снаружи.
Высокий пронзительный звук… определенно стал громче. Теперь Ева различила в нем смешение голосов.
Когда от дома ее отделяло не больше трех-четырех шагов, Джозефина крикнула:
— И еще… они держат собаку!
В этот самый миг из дома с оглушительным лаем вырвался огромный рыжий пес."
"Ева заглянула в раскрытую слюнявую пасть, полную острых белых зубов, и ей показалось, что перед ней разверзся ад.
— Боже милостивый! — пронзительно взвизгнула она.
Ева хотела бежать от неминуемой гибели, но пес метнулся вперед и забросил ей на плечи тяжелые лапы. Ее обдало горячим зловонным дыханием дьявольского зверя. А в следующий миг чудовище высунуло длинный розовый язык и дважды облизало ей лицо от подбородка до самого лба.
Такого Ева стерпеть не смогла.
— Вздумал вольничать со мной?! Да что ты себе позволяешь, грязное… вонючее… животное?! — прорычала она, с силой оттолкнув пса. Тот мягко приземлился на лапы и зашелся восторженным лаем, извиваясь всем телом и хлеща увесистым, точно дубинка, хвостом Еву по ногам.
Его глаза горели любопытством: наконец-то во дворе появился кто-то новенький, кого можно обнюхать! Это он и попытался сделать, подскакивая к Еве то спереди, то сзади. Стараясь спастись от его настырного черного носа, она завертелась волчком, словно щенок, гоняющийся за собственным хвостом.
Со стороны изгороди донеслось хихиканье.
