Я не могла навести порядок ни в своих мыслях, ни в чувствах и жутко завидовала офицеру Ройсу, который откровенно наслаждался ситуацией.
Он и в моем слабом теле оставался самоуверенным и умеющим командовать мужчиной. А я и в его была глупой беспомощной девчонкой.
Хлопнула дверь в ванную, и я напряглась в ожидании страшного. Шлепанье босых ног по полу, кровать чуть скрипнула с другой стороны.
Сейчас он ко мне полезет, а я… я ему…
Но тянулись минуты, и ничего не происходило.
Я почувствовала разочарование.
Неужели он правда собирается спать?!
– Офицер Ройс? – еле слышно прошептала я.
Молчание.
– Дэймонд! – я повысила голос.
– Чего тебе, Рисса? – его голос прозвучал устало. – Не спится?"
"– Да.
Я почувствовала, что краснею. Нет, мне не хотелось, чтобы он ко мне приставал. Я и так была переполнена впечатлениями настолько, что еще капельку – и через край прольется. Просто мне остро было нужно, чтобы он меня утешил, сказал, что все будет хорошо.
Мне хотелось… на ручки. Как маленькой.
– Пожалуйста, не пойми меня неправильно. Ты не мог бы меня обнять? Просто обнять.
Стоило произнести эти слова, как я пожалела, что нельзя взять их обратно. Сказанные низким мужским голосом в темноте спальни, они прозвучали двусмысленно и слишком эротично.
– Конечно!
Горячие ладошки легли на плечи. К груди прижались две мягкие выпуклости, и я снова – в который уже раз за сегодняшний день – ощутила свою ужасную неуместность.
Я не хотела находиться внутри этого сильного тела с кубиками на прессе. Я хотела лежать рядом и обнимать его. Чувствовать себя маленькой и слабой рядом с ним.
– Если не снимем проклятие в ближайшие дни, заставлю тебя ходить на тренировки, – хмыкнул над ухом офицер Ройс моим голосом.
– Что?
– Мое тело нужно поддерживать в форме, лапушка. Каждое утро часовая пробежка, отжимания, рукопашный бой и обливания холодной водой.
– Жуть!
– Ничего не жуть. Тебе понравится. Когда вернешься в свое тело, не захочешь бросать.
– А ты веришь, что мы вернемся? – горько спросила я.
– Конечно, – узкая ладонь успокаивающе погладила меня по плечу. – Что, не терпится замуж, адептка Рейденберг?
От этого напоминания я вздрогнула:
– Нет!
Слова полились из меня рекой: я больше не могла, не хотела молчать. Он слушал, не перебивая.
