И что изначально он шел ко мне, а не к кому-то другому.
Бесшумно, как кошка. Крадучись, как хищник. И в то же время уверенно, как мужчина, который принял решение.
Остановился напротив. Упер руки в стену по обе стороны от меня, чтобы не убежала. А когда я опустила голову, прячась от жаркого взгляда, убрал блокаду с одной стороны, приподнял мой подбородок и заставил смотреть прямо. И видеть. И чувствовать. Его усмешку. Его терзания. И желание, с которым он не в силах бороться. А еще нечто странное, запредельное для меня, то, что я не готова была увидеть.
Я прикрыла ресницы, на секунду прячась от такой откровенности, а потом набралась храбрости и взглянула в упор. Позволяя ему увидеть, и почувствовать, и узнать. Мои страхи, мои сомнения, мое желание никому не верить, кроме него… А еще нечто странное, новое для меня, неизведанное, но, несмотря на опаляющий душу жар, уютное и родное.
– Лалия! – услышала я где-то вдалеке голос брата."
"И, вздрогнув, рванулась прочь. Разрывая тем самым контакт с мужчиной, к которому притягивало и от которого хотелось бежать, бежать, пока еще есть возможность…
Он не удерживал.
Это я, сделав всего пару шагов, обернулась.
– Маленькая, – как-то вымученно выдохнул он и, шагнув ко мне, медленно, боясь спугнуть, прикоснулся к лицу. Обвел пальцем скулы, подбородок, очертил брови, неспешно провел по верхней губе. – Кимбол прав, ты действительно солнышко… маленькое яркое солнышко…
– Не смейте так меня называть! – возмутилась я и, мотнув головой, избавилась от изучающих лицо пальцев.
С вызовом посмотрела в глаза, которые стали сверкать еще ярче. – Я не разрешаю!
– Какая воинственность! – В голосе лорда послышалось восхищение, и, пока я обескуражено рассматривала его, он оттеснил меня к стене дома и снова взял в плен рук. – А что еще ты мне не позволишь? Что еще, по-твоему, я не посмею сделать?
– Ничего не позволю, – заявила я уверенно, радуясь, что вернулся рассудок. – И вы ничего не посмеете!
– Вот как?
– Именно так! – кивнула я для убедительности.
– Я не позволю поиграть с собой и оставить рыдать две ночи подряд, как ту служанку, которая, как я потом поняла, и не гадала вовсе на жениха, а думала, что нашла его! Я не буду…
– Что сейчас с той служанкой? – перебил Гэйлорд.
– Какая вам разница? – усмехнулась я едко, но, увидев серьезный взгляд, все-таки пояснила: – Дозвалась она все-таки суженого: в тот же год вышла замуж и перебралась в другое поместье.
– Хорошо. Можешь продолжать, – разрешил лорд.
