Если получится, прямо сегодня. Если не выйдет, то уже завтра утром. А сейчас нужно проверить остальных, удостовериться, что у них все хорошо, что все идет своим чередом.
Девочки заканчивали прибираться в гостиной. Соня закрывала только что вымытое окно. В комнате было холодно и сумрачно. Ольга щелкнула выключателем, но огромная хрустальная люстра под потолком так и не зажглась. С электричеством в усадьбе были проблемы, она знала это от Ефима. Перебои случались ближе к вечеру, и приезжающие из города электрики все никак не могли найти причину.
Ребята во главе с Григорием стояли вокруг небольшого костра, чуть поодаль от оранжереи, сжигали мусор и спиленные ветки. Этот день выдался заметно теплее прошлого, и снег внутри оранжереи почти полностью растаял, обнажая и дорожку, и каменную чашу пруда. Парни потрудились на славу, внутри царил почти идеальный порядок. Оставалось застеклить некогда разбитые окна и оштукатурить стены.
Ольга так и сказала:
– Хорошая работа. Фрау Ирма будет вами довольна.
Сева глянул на нее с привычной уже ненавистью, Григорий улыбнулся, принимая похвалу. Вот только в глазах его плескалась ярость.
– Успокойся, – шепнула Ольга, похлопывая его по плечу. – Возьми себя в руки.
Он кивнул, сунул руки глубоко в карманы пальто, обернулся к ребятам, сказал:
– Ну, хватит греться, мужики! Осталось совсем ничего!
У него как-то хорошо получалось находить общий язык с людьми. Куда лучше, чем в последнее время у нее самой. И дети его слушались беспрекословно.
Наверное, это правильно. Ей так даже спокойнее.
Ольга уже собиралась уходить, когда к оранжерее подошла Шура. Она куталась в хлипкое пальтецо, шмыгала носом, на Ольгу не смотрела, демонстративно обращалась только к ребятам и Григорию.
– Ужинать идемте, работнички! – Получалось вроде бы и грубо, но все равно ласково. – Стынет у меня уже все.
– Я позову девочек. – Ольга уже собиралась уходить, но Шура ее остановила.
– Позвала уже, – сказала все тем же неприветливым тоном. – Вы с нами? Или с этими?.
. – Последнее слово Шура почти выплюнула. Вот же дуреха… Откуда их столько на ее голову?
– Я с вами, – сказала Ольга и, не дожидаясь остальных, пошагала к домику для гостей.
Кухня освещалась двумя керосинками. Одна стояла у печи, вторая на обеденном столе. В ее рыжем свете лица присутствующих были похожи на театральные маски.
– Где Лиза? – спросила Ольга, усаживаясь во главе стола. Она здесь главная, они все должны это понять и запомнить.
