Чуть медлю…А потом усмиряю вихрь, останавливая пляску. И стихия замирает, растекается холодной водой… и снова становится купелью.
— Теперь защита, — шепчет мне на ухо Арххаррион.
И я представляю стены вокруг Риверстейн. Они вздымаются до небес. Через них не перелезет зверь, не перелетит птица, не пробьется человек. Ни найдет никто в подлунном мире. Идущий — свернет, заблудившийся — не увидит, ищущий- пройдет мимо. Сто путей ведут в Риверстейн и ни один не приводит. Хмурые сосны, подступают ближе, прячут Риверстейн за темными стволами.
Оплетают каменные стены дикий вьюн и колючий можжевельник. Разливаются озера и топкие болота. Зверь лесной стоит на подступах к Риверстейн, зорко высматривают добычу птицы.
Нет пути сюда.
Ни дороги, ни тропки, ни колеи нехоженой.
Никому, кроме друзей.
Спит Риверстейн. Ждет Источник. Ждет возвращения Хранителя…
Спит Риверстейн…
Я вздохнула.
Арххаррион, обнимающий меня, так и не отвел руки. Я повернулась к нему, заглянула в темную бездну. Он смотрел на меня со странным выражением, от которого мне стало неуютно и жарко.
— Получилось? — спросила я.
Он усмехнулся.
— Более чем.
Я высвободилась из его рук, отошла. На полу, возле алтаря спал лорд Даррелл и чуть хмурился во сне. Рядом, положив голову на грудь Шайдера, примостилась Ксеня.
— Ох! Это я их усыпала?
— Сдается мне, ты усыпила всех в округе Риверстейн.
— Святая Матерь! — ахнула я, — я сейчас исправлю… Разбужу их!
— Не надо, — пусть спят. Думаю, они и сами проснутся к утру, не переживай.
Ты сделала хорошую защиту, Ветряна. Я и сам не смог бы лучше.
Я чуть покраснела.
— И еще… Я должен тебя поблагодарить.
— За что?
— За то, что отдала мне в пентаграмме Силу. И спасла жизнь.
— Да, но не до конца, раз теперь ты не можешь обернуться, — грустно сказала я.
Он покачал головой.
— Демоническая сущность не может прорваться без силы Хаоса. Возле моего Источника все восстановится. Но без тебя, боюсь, я бы уже не очнулся. Я… благодарен тебе. И я удивлен, что ты это сделала… после всего, что увидела в Петле Времени.
— Он шагнул ближе, — и я не понимаю, почему ты это сделала! Почему, Ветряна?
Я чуть пожала плечами.
— Ты умирал.
Он подошел еще ближе.
— Разве я не говорил тебе, что милосердие- это слабость? Что врагов надо уничтожать, а не жалеть? — в его темных глазах загорелся желтый огонек зверя.
— А ты мой враг? — тихо спросила я.
Арххаррион помолчал и отошел, не ответив.
— Возвращайся в замок, Ветряна. Тебе тоже пора отдохнуть.
