— Кровь к крови! — яростно крикнула я, — Сила к Силе! Добровольно! Аарем соо лум! Только попробуй сдохнуть…"
"Кровь из моих ладоней растекалась по его груди, смешиваясь с пеплом и грязью. Смешиваясь с его кровью. И ничего…
Я жадно смотрела на его лицо.
— Давай же… ну давай же… очнись…
Тишина.
— Рион…Да приди же в себя, нечисть тебя возьми! Если ты сейчас не очнешься, я тебя сама убью…
Я всхлипнула и отдернула ладони. Порезы на них слишком быстро затягивались, и я нахмурилась. Снова подобрала клинок, резанула затянувшуюся рану на левой руке, переложила нож…
— Не надо…
Нож выпал из моих рук.
Арххаррион криво усмехнулся, глядя на меня снизу вверх. Желтые звериные глаза с вертикальными зрачками медленно темнели, призрачная тьма клочьями облепила искалеченное тело, меняя его форму на человеческую.
Арххаррион медленно сел, опираясь на руки. Я в отчаянии рассматривала ожоги на его, теперь уже человеческом, теле.
— Почему они не затягиваются?
— Не так быстро, — хрипло ответил он и внимательно посмотрел на меня.
Я смутилась и не уверено вытерла ладони о грязную юбку.
— Источник пробудился, — тихо сказала я, не знаю зачем. Он кивнул. Чуть пошатнулся, поднимаясь.
— Где Алира?
— Селения? Мы называли ее леди Селения… Не знаю, когда я пришла в себя, ее не было. Сбежала, наверное, когда поняла, что ничего не получилось…
— Сбежала…Снова. Я слишком поздно понял, кто она.
Арххаррион задумчиво на меня посмотрел.
— Как ты вернулась из петли Времени, Ветряна?
Я чуть пожала плечами. Я расскажу, но позже.
Пока у нас были задачи посерьезнее. И для начала, мне хотелось самой все обдумать. Знания, события, воспоминания… Их нужно как-то переварить, осмыслить. Понять. Понять, что я чувствую… А пока…
Я подняла руку, полюбовалась на золотистую змейку на пальце и сняла ее. Протянула Аргард Арххарриону. Он осторожно сжал кольцо в ладони, не отрывая от меня взгляда.
— Надо помочь остальным, — тихо сказала я и, отвернувшись, пошла к приходящим в себя друзьям. Кивнула медленно поднимающемуся с ошалевшим видом лорду Дарреллу и опустилась на корточки перед Ксеней.
Та подняла на меня красные глаза.
— Ветряна, — сказала она и заплакала. Я молча обняла подругу, прижала к себе, ласково гладя ее спину и рассматривая ее ауру. И прикусывая до крови губу…
— Ну, вы девчонки даете! Чуть что, сразу в слезы… Вот дууууры… — крякнув, высказался Данила за моей спиной. Я смахнула слезы и с улыбкой повернулась к нему.
— Сам дурак! — привычно взвилась Ксеня, и мы рассмеялись.
