У меня сжалось сердце. Душа Ксени выглядела так, какой была она до болезни, до Чернильной гнили. Верно, такой она себя и запомнила.
— Ветряна? — чуть удивленно прошептала Ксенька, — зачем ты здесь?
— Гуляю! — сквозь зубы сказала я, — Ксень, ну что за глупые вопросы! За тобой пришла, конечно! Пошли, подружка, времени мало…
Ксеня покачала головой.
— Куда, Ветряна? И зачем? Мне здесь хорошо…"
"— Так, — я нахмурилась и попыталась схватить Ксеню за руку. Моя ладонь прошла сквозь нее, расплескав, словно воду, темноту.
— Ксенька, ну ты чего? — взмолилась я, — пошли, времени мало! Маховик уже половину времени отмерял… надо вернуться к переходу!
— Зачем? — безразлично спросила Ксеня, — здесь хорошо…Спокойно. Боли нет…Страха нет… Страданий нет…
— Да ничего здесь нет! — с отчаянием сказала я, — потому что нет жизни! Ксеня, очнись! Вспомни! Боли нет, это хорошо, конечно, так ведь и счастья, любви, радости — тоже нет! Ксенечка, пошли скорее, некогда разговаривать. Ну же!
Девушка чуть отступила.
— Прости, Ветряна, — чуть виновато сказала она, — я не пойду. Ни к чему возвращаться. Не хочу…
Я снова попыталась схватить ее, но снова пальцы лишь развеяли холодную пустоту…
— Ксеня!!! — закричала я. Силуэт подруги потемнел, снова становясь лишь клочьями тьмы, — Ксеня, стой! Пожалуйста!!!
— Ксенька, стоять! — вдруг гаркнул рядом со мной мужской голос. Я вздрогнула и с изумлением уставилась на Данилу. Парень стоял рядом и со злостью рассматривал тьму.
— Данила, — ахнула я, — ты как здесь оказался?
— Я ведь Приходящий во Сне, Ветряна, — вздохнул он, — а смерть это тоже сон.
Только вечный, — он повернулся к зависшей у сухого ствола фигуре.
— Ксеня, хватит дурить, — сказал он, — быстро прими нормальный вид и пошли с нами. А то… а то…
— А то что? — прошелестела тень.
— А то я буду являться тебе каждую ночь даже за Гранью! — выдал Данила, — и делать все то, что мы делали… на конюшне в Темном Доле!
Тень замерла. А потом из темноты прошелестело неуверенное:
— А что мы там делали?
Я с интересом уставилась на Данилу.
Тот насупился.
— А ты подумай, — буркнул он, — хорошенько подумай, и вспомнишь!
Темный силуэт задрожал, снова посветлел и преобразовался в девушку. На этот раз с короткими неровно отрезанными кудрями, в штанах и рубахе. И с аканаром на поясе.
— И здесь от тебя покоя нет, остолоп, — хмуро сказала Ксеня.
— Пошли домой, — позвал Данила.
Девушка упрямо мотнула головой.
— Знаешь что, — вдруг заорал парень.
