— Итак? — Аверин повернулся к нему вместе с креслом.
— Там был Владимир, рядом с домом. Пытался выяснить, вижу я его или нет.
— Проклятье, — досадливо проговорил Аверин, — он тебя подозревает и догадывается про амулет. Очень умный и пронырливый тип. Да… если бы во главе Управления посадили Владимира, может, и демона этого давно уже поймали.
— Ага, — Кузя уселся на пол и скрестил ноги, — почему дивам не дают занимать важные должности? Мы же умнее вас.
— Потому что тогда бы люди перестали быть хозяевами в собственном мире.
Встань и сядь на стул.
Кузя вздохнул, но послушался.
— Как себя чувствуешь? Ты снова пил?
— Пришлось. Я старался выливать, но пару глотков пива всё же пришлось проглотить. Я почистил желудок потом у татуировщика, ну и возле калитки меня вырвало. Надеюсь, это убедило Владимира, что я человек.
— Или наоборот… — проговорил Аверин. — Он точно не понял, что ты его заметил?
— Не-а… я его по запаху приметил издалека.
— По запаху? — не понял Аверин, но потом сообразил. — О-о, так ты и его кровь пробовал, что ли?
— Ага.
Там ее полно было.
— Отлично. Теперь я точно буду знать, где Владимир. Может, и неплохо, что он поблизости. Погоди-ка. Ты сказал «татуировщик»? Что ты делал у татуировщика?
— Как что? — Кузя важно посмотрел на хозяина. — Татуировку! Меня же посвящали сегодня.
Он задрал рубашку. Почти во всю грудь, даже залезая на живот, красовался кривоватый, но вполне узнаваемый черный круг с языками пламени внутри, нарисованными оранжевым контуром. Аверин некоторое время смотрел на горделиво выпятившего грудь дива, а потом не выдержал и расхохотался.
— Кузя, это что?! — спросил он сквозь смех.
— Это наш, ну то есть их символ. Освободителей. Алатырь без звезды.
— Кузя, — Аверин вытер выступившие на глазах слезы, — ты знаешь, что если я сейчас нарисую звезду и раскручу ее, то тебя унесет в Пустошь через твой собственный живот?
— Ага, — Кузя немного сник и натянул рубаху обратно, — но вы же этого не сделаете.
— Я-то нет… но никому этого больше не показывай.
А нельзя было сделать этот… знак посвященного размером э… поменьше?
— Можно. Но я хотел их впечатлить.
— И как? Впечатлил?
— Ага, — див широко улыбнулся.
Аверин только покачал головой.
— Ты голодный? — спросил он
— Конечно! — ответил Кузя, и Аверин усмехнулся:
— И зачем я спрашиваю? Маргарита оставила тебе ужин на кухне. Иди поешь, если нет ничего срочного.
— Не-а. Владимир ушел. Я его больше не чувствую. Я поем и расскажу всё.
