– Жалко, что в детстве у меня не было столько родственников, – пробормотал он. – Но не думай, что одного тебя было недостаточно. Это не так. Вы с мамой, когда она приезжала… вы хорошо обо мне заботились. И я скучаю по вам. Скучаю по нашим совместным завтракам. Скучаю по выходным в библиотеке. И… даже когда ребята в школе меня доставали, я всегда знал, что могу вернуться домой, и всё будет хорошо. По этому чувству я тоже скучаю. – Он тяжело сглотнул. – Я скучаю по тебе.
– Как трогательно."
"Саймон резко вскинул голову.
Из темноты вышла серая волчица. Не такая крупная, как его дядя, зато с проблеском безумного зверства в глазах, делающего её куда опасней всей волчьей стаи, вместе взятой.
– Селеста? – дрогнувшим голосом спросил он.
– Здравствуй, Саймон.
После того как Малкольм прогнал бывшую Альфу из Райской долины, Саймон ничего о ней не слышал – и надеялся, что её отпугнули навсегда, но, разумеется, он ошибался. Саймон попятился.
– Это ты украла открытки.
Он не спрашивал, но низкий смех подтвердил его слова.
– Я и не думала, что твоя мать так тщательно документировала все свои похождения. Спасибо, что сберёг их, Саймон. Обещаю, я найду им хорошее применение.
Он сделал ещё шаг назад, чуть не споткнувшись о камень.
– Чего тебе надо?
– Я пришла за Осколками, Саймон, – ответила она, придвигаясь всё ближе. – Принесёшь их, и оставлю тебя в покое.
– Ты прекрасно понимаешь, что я их тебе не отдам.
– Даже ради своих брата и дяди?
– Малкольм уже доказал, что способен с тобой справиться, и мы оба понимаем, что Нолан тебе не ровня, – ответил он неожиданно храбрым голосом.
– Так чего тебе на самом деле надо?
Кажется, на её губах мелькнула волчья улыбка.
– Значит, ты у нас умный, да? Твоя мама сделала правильный выбор. – Она обошла его кругом, двигаясь легко, несмотря на очевидно напряжённые мышцы. – Давай работать вместе, Саймон.
Тот фыркнул.
– Ага, как вы работали вместе с мамой?
– Мне известны тайны, недоступные даже твоей матери, – тайны о Хищнике и Орионе, которые могут изменить историю.
– Она остановилась всего в полуметре, так близко, что при каждом новом слове Саймон видел блеск заострённых клыков. – Рано или поздно ты поймёшь, что я тебе нужна, и тогда можешь не ждать от меня милосердия.
Она произнесла это таким тоном, что стало понятно – она действительно что-то знает. Но Саймон не раздумывал.
– Спасибо, я как-нибудь сам справлюсь.
Она зарычала – так тихо, что волосы встали дыбом.
– Второй раз предлагать не стану, Саймон.
