Не знаю, как сберечь Осколки…
– Мы тебе поможем, – сказал Джем. – Ты не один.
– А иногда кажется, будто один, – пробормотал он.
– Значит, неправильно кажется, – сказала Уинтер с куда большим раздражением, чем Джем. – Мы что-нибудь придумаем, Саймон. Как и всегда. Ариана нам поможет, и мы отыщем остальные Осколки.
– Но открытки… – начал Саймон.
– Не открытки победили гадюк и акул. А ты, – сказала она. – Всё, хватит. Сегодня ещё можешь поплакаться, но завтра вернётся Ариана и начнётся турнир, и пока все будут думать о нём, мы вместе продумаем следующий шаг.
Джем застонал.
– Я уже и думать о турнире забыл.
Саймон тоже. И хотя ему всё ещё предстояло представлять в финале Царство Птиц, после событий в Атлантиде это казалось такой незначительной неурядицей.
– Да какая разница, кто победит в этом дурацком турнире? – спросил Нолан. – Мы тут спасаем весь мир анимоксов.
И несмотря на горечь утраты, Саймон поглядел на друзей, увидел написанную на их лицах решимость, и подумал, что, может… может, у них действительно всё получится.
Поздно ночью, когда Феликс уже давно храпел, Саймон проскользнул в комнату Нолана. Брат спал, и Саймон пробрался в потайной тоннель, ведущий в зоопарк Центрального парка.
Он уже очень давно не проверял, приходили ли ему новые открытки, и был уверен, что вор стащил бы и те карточки, которые мама присылала во время его отсутствия. Но он был просто обязан проверить, поэтому зашагал по мощёным дорожкам зоопарка к площади, на которой стояли две огромные статуи волков.
Проходя мимо, он скользнул пальцами по бронзовой шерсти отца. Фотографию, подаренную Лео, он спрятал в свой ящик, прекрасно понимая, что нужно подыскать более надёжное место. В этот раз ему повезло, но когда-нибудь удача должна была отвернуться.
Остановившись перед статуей дяди Дэррила, он провёл ладонью по его морде, будто поглаживая каменного зверя. Он видел дядю в обличии волка всего несколько раз, но это была важная часть его личности. За месяцы, прошедшие с его смерти, он стал видеть в нём не просто дядю.
– Я встретился с Лео, – сказал он так тихо, что царящая вокруг тьма полностью поглотила слова. – Он по тебе скучает. Да все мы скучаем.
Он замолчал, выдыхая облачка пара в холодный ночной воздух. Он никогда не знал, о чём говорить с дядей. Иногда общаться с его могилой казалось глупостью, но даже если Саймон и вёл себя как ребёнок, его это не волновало. Ему нужны были эти разговоры. Чтобы не забывать.
