– Я не знала, что Ориону нужен Осколок. Он обещал, что никто не пострадает, что он просто хочет поговорить с генералом, а… а когда я поняла, какой у него на самом деле план… он пригрозил, что… что убьёт тебя, и…
Она разрыдалась. Не потому что хотела избежать наказания, и не потому что расстраивалась, что её поймали, – нет, она рыдала слезами искреннего раскаяния и скорби. Саймон приблизился к ней.
– Орион умеет убеждать, и тебе кажется, что ты поступаешь правильно, а на самом деле просто помогаешь ему, – сказал он тихо, но понимая, что остальные всё слышат.
– Он готов скормить любую ложь, лишь бы получить, что хочет. Из-за того, что я доверился ему, погиб мой дядя, и я… я понимаю, что ты чувствуешь. Ты не виновата. Не на все сто процентов. Ты просто хотела помочь сестре, и я тебя понимаю.
Перл потрясённо подняла на него глаза.
– Но… я же пыталась тебя убить.
Саймон пожал плечами.
– У тебя не было выхода. И, если честно, сомневаюсь, что ты бы действительно меня убила. – Он соврал, но Перл смотрела на него с такой отчаянной надеждой, что было видно: она сама верила, что не стала бы его убивать.
Может, если в будущем перед ней вновь встанет похожий выбор, именно эта уверенность сыграет главную роль.
– Прости меня, – выдавила она. – За всё. Мне очень-очень жаль.
– И мне, – сказал он – а потом, поколебавшись с секунду, покопался в кармане и достал Осколок Хищника, принадлежащий Подводному Царству. – Возьми, – сказал он, протягивая его Джему. – Он ваш.
Джем забрал Осколок и повернул его в ладони.
– Точно, – сказал он, кашлянув. Но таков был изначальный план, и, хотя они с Уинтер уже не считались предателями, он не желал, чтобы Перл понесла наказание за пропавший Осколок, и надеялся, что Джем придумает, как его вернуть.
– Он настоящий? – спросила Род, оглядывая камень. Джем кивнул, давая ей рассмотреть его поближе, но не выпуская из рук. На ощупь Осколок до сих пор был обжигающе горячим от близости к часам Саймона.
– Я переносил его по просьбе пап… в смысле, генерала, – сказал он.
– Он настоящий.
Род глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
– Приношу свои извинения, – обратилась она к Саймону и Уинтер. – Я постараюсь извлечь урок из своих ошибок и больше их не допускать.
– Большего нам и не нужно, полковник, – сказал Малкольм, хотя взгляд у него был весьма самодовольным. – Но помните: у меня очень, очень хорошая память, и подобного цирка я больше не потерплю.
– Поняла. Солдат, – добавила она, в этот раз обращаясь к Джему.
