Этот живой мертвец не подастся в лес. Скорее всего, он попытается найти себе покровителя среди людей. Так, Лесана?"
"– Да, – хмуро ответила травница. – Мой упырь не выживет в лесу.
– Он не выживет и в городе, – сказал Рамон. – Стоит ему высунуться, и мужики тут же забьют его палками или проткнут вилами.
– Он мог отсидеться в укромном месте, – предположил Хлопуша. – Ведь мог?
Все взгляды устремились на Лесану. В ответ она лишь пожала плечами.
– Это упырь, а не домашняя кошка, – сказала она. – И я не знаю его повадок.
Думаю, у него хватит хитрости затаиться, но прошло слишком много времени. Голод мог выгнать его из укрытия, и тогда…
Она замолчала. Молчали и остальные. Хлопуша и Рамон все еще не могли «переварить» рассказа Лесаны. Иноземье, уцелевшее племя нелюдей, царство Велеса, гончие смерти… Для того чтобы уложить все это в голове, требовалось время, а времени-то как раз у них и не было. Нужно действовать, и чем быстрее, тем лучше.
Первым тишину нарушил Глеб.
– Упырь в городе – явление чрезвычайное, – сказал он.
– Если его нашли и убили, об этом должны были поползти слухи. Нам нужно поговорить с кем-нибудь из местных. С таким человеком, который бродит по всему городу и мимо которого не проходит ни одна новость.
Хлопуша поворошил палкой угли в костерке и улыбнулся.
– А ведь я такого человека знаю. Да и ты его тоже знаешь, Первоход.
Глеб озадаченно посмотрел на здоровяка, но вдруг лицо его, озаренное отблесками костра, просветлело.
– Ты говоришь о Прошке Суховерте, не так ли?
– Так, – широко улыбнувшись, кивнул Хлопуша.
– Если кто и сможет найти иголку в стоге сена, то только наш ворёнок. Пронырливее, чем этот малый, я в жизни не встречал.
– А ведь и правда, – согласился с богатырем Рамон. – Нужно разыскать Прошку и расспросить его. Не знаю, как вы, а я сильно соскучился по этому парню.
– Вы уверены, что он в городе? – прищурился Глеб.
Хлопуша подумал, затем покачал головой.
– Нет. После того как Рамон отправился на твои поиски, я ушел в запой и потерял мальчишку из вида.
Одно время я слышал, что он стал неплохим вором и промышлял где-то на торжке и в переулках у Сходной площади. Пару раз я пытался его найти, но все без толку. Ворята не выдают своих и не отвечают на вопросы сторонних людей, и пытать их о чем-либо бесполезно.
– Что ж… – задумчиво проговорил Глеб. – Когда-то я дал слово заботиться об этом пареньке. И я сделаю все, чтобы разыскать его сейчас.
