Ольга Ивановна пожала ее и сказала:
– Вы свой телефон не забудьте. Он там, в коридоре, так и остался заряжаться.
– Да-да, про телефон я помню, – улыбнулся Гуров и заспешил вслед за Ольгой Ивановной в здание забирать телефон.
Он еще раз поблагодарил женщину, распрощался с нею и покинул прохладный коридор приемного покоя. На улице он решил посмотреть, не звонил ли ему кто-нибудь за то время, пока телефон был разряжен. Оказалось, что у него целых три непринятых звонка и одно сообщение. Один звонок и сообщение были от жены Марии, которая сетовала на рассеянность Льва Ивановича и просила его перезвонить ей, как только он зарядит телефон, а еще были звонки от Терентьевой Марины и от Крячко.
Лев Иванович решил поговорить сначала с Терентьевой. Он нашел удобную скамеечку во дворе и, удобно устроившись, позвонил.
– Марина, прошу прощения, – стал извиняться он, как только Терентьева ответила ему. – Я только что зарядил телефон. Поэтому слушаю вас внимательно.
– Лев Иванович, пришла экспертиза относительно темного пятна на костюме.
Помните тот костюм, что нашли в шкафу в комнате Данилина-старшего?
– Да-да, помню. И что там? – нетерпеливо отозвался полковник.
– Редкая группа крови – четвертая отрицательная. И еще… – Терентьева сделала паузу, и Лев Иванович слышал, как она листает какие-то бумаги. – А, вот, нашла. Обнаружили четкие отпечатки пальцев на стеклянной полочке, висящей в ванной комнате, затем – в спальне, на поверхности одного из ящиков комода, и еще – на стакане с соком, который стоял в холодильнике.
«Пальчики» маленькие, скорее всего, женские, и они явно не принадлежат ни жене садовника, который сейчас временно охраняет дом, ни Арине Данилиной. Чужих отпечатков всего три. Один, правда, нечеткий, но специалисты сказали, что все три отпечатка – от одного и того же большого пальца левой руки. А вот на коробочке с туалетной водой и на самом флаконе ничего не нашли. По всей видимости, у того, кто пользовался парфюмом, руки были в перчатках.
– Ну, хоть что-то, да есть новенькое, – проговорил Лев Иванович.
– Можно сказать, что маленький шажок вперед мы сделали."
"– Не маленький, Лев Иванович. Я ведь вам еще не все рассказала. На расческе, которую нашли в ванной, эксперты обнаружили волоски. Причем по виду они были как бы одинаковые и по цвету, и по толщине, но когда рассмотрели поближе, то оказалось, что часть волос крашеная. Была даже определена марка краски. Это фирма «Шварцкопф», тон светло-русый, «сандра».
