– У вас, молодой человек, поразительная способность к инвертированной метафоре, – фыркнул поэт. – Подергать льва за бороду в его же собственном логове. Ну вы и придумали!
– Просто мне хотелось посмотреть, как она выглядит. Я купил сегодня эту бороду в Редкоте в магазине игрушек.
– Ну и как она выглядит? – спросил Роберт Ситон, стоя со склоненной набок головой, словно грач на пашне, прислушивающийся, не ползет ли где-нибудь червяк.
– Она выглядит точно так же, как на том сатире, которого Мара вырезала из дерева. Вы мне показывали эту вещь в июне, когда я был тут в первый раз.
– Боже мой, ведь и правда! Вы совершенно правы! – Поэт оживился. – Ну-ка, снимите ее поскорее. Мне бы не хотелось, чтобы сюда вошла вдруг Ванесса и увидела отца в образе сатира. И вообще-то говоря, – добавил он, – я никакой не сатир.
Они замолчали, но совсем не потому, что между ними возникла какая-то неловкость.
– Конечно, – наконец произнес Найджел, – это ваше дело. Я должен извиниться перед вами за неуместное любопытство.
– Да, что и говорить, дело мое, но… беда в том, что это больше дело Мары, чем мое.
Это ее тайна.
– Мара необычайно восторженно к вам относится. Она говорила мне, что вы когда-то обошлись с ней очень по-доброму.
Роберт Ситон протестующе взмахнул рукой.
– Думаю, вы уже догадались в какой-то степени, о чем речь. Во всяком случае, вы наверняка поняли, насколько осторожным, насколько деликатным и предупредительным следует быть в этом деле, причем именно сейчас, – медленно проговорил он. – Ей ни в коем случае нельзя сильно волноваться.
Всякая попытка ворошить прошлое ужасно на ней отражается. Если можно, сделайте так, постарайтесь не трогать прошлого! Если это только возможно, мой дорогой друг. С Марой не допустимы никакие фокусы, поймите меня правильно. Никакие фокусы подобного рода.
– Разумеется, о чем вы говорите. Но знаете ли, следствие, которое ведет сейчас полиция, так или иначе обязательно вторгнется в прошлое.
Поэт вздохнул:
– Да, наверное. Какая досада!
– Боюсь, это мешает и вашей работе.
На лице Роберта Ситона снова промелькнула чуть заметная улыбка.
– Знаете, я не хочу вас обманывать… Не мешает. Наоборот, даже как-то мобилизует, так сказать, вдохновляет. К тому же, вы же знаете, Джанет – великолепный сторож. Думаю, что даже вашему другу суперинтенданту приходится нелегко, когда надо пройти мимо нее. Между прочим, он был здесь сегодня утром.
– Да?"
"– По-видимому, кто-то в деревне видел, как я возвращался в ту ночь с ночного променада.
