Кажется, в Австралии нас, англичан, ждут.
– Путь далекий.
– Но боюсь, даже Австралия не так далеко от Европы, как бы мне хотелось.
– Мне кажется, – помолчав, задал Найджел наводящий вопрос, – непросто жить в такой тени…
Лайонел Ситон, прищурившись, бросил на него далеко не дружелюбный взгляд.
– Не понимаю, при чем тут тень.
– Я имею в виду, что трудно, наверное, быть сыном гения.
– А, понимаю. Да. В этом смысле они оба отбрасывают довольно густую тень.
– И ваша мачеха тоже?
– Ну да. Я им тут не нужен. Ни ему, ни ей.
– В таком случае вас здесь ничего не удерживает.
– Вы так думаете? А полиция, например?
– Она же не будет находиться здесь вечно. Что же еще?
Лайонел Ситон помолчал несколько секунд, задумчиво разглядывая Найджела, который чувствовал, что на языке у молодого человека вертится имя Мары Торренс.
– Ванесса, – произнес наконец Лайонел. – Я бы очень хотел быть с ней вместе, пока она не вырастет.
– Почему?
– Ну, как вам сказать… – несколько уклончиво начал молодой человек.
– Джанет старается, как может. Но вы же сами видели, что они чуть ли не как кошка с собакой. А отец – ну, в общем, он занят своей работой, а потом, наша мать умерла, вы же знаете, в значительной степени из-за рождения Ванессы, так что он, естественно… Но я хотел бы увидеть, что она благополучно вышла замуж. Она из тех девиц, которые спокойно могут угодить на какого-нибудь сладкоречивого самовлюбленного психа. Она безумно уязвима.
– В жизни ей придется совершать собственные ошибки, что поделаешь.
– Ну во всяком случае, я хочу присмотреть за ней во время всех этих нынешних неприятностей, – отрезал, отвернувшись в сторону, Лайонел.
– Но на ней-то как все это может сказаться, не понимаю?
– Не говорите глупости, – нетерпеливо отмахнулся Лайонел. – Как это может не сказаться, если в доме вертится столько полицейских и вокруг Плаш-Мидоу теперь настоящий кордон? Уже целую неделю они топчутся у нас и вокруг нас. Бог его знает почему, но они вбили себе в голову, что этого типа прикончили где-то здесь.
Помолчав немного, как будто ожидая от Найджела какого-нибудь комментария или замечания и не получив ни того ни другого, он посмотрел прямо в лицо собеседнику.
– Надеюсь, мы можем вам доверять.
– Доверять мне?
– Вы очень хорошо понимаете, что я имею в виду, – со значением пояснил молодой человек. – Не хватало нам только пятой колонны.
– Я нейтрален. В настоящий момент. Я чрезвычайно высоко ценю вашего отца.
– Вы ему тоже нравитесь.
