– И вы были готовы отдать все, от всего отказаться, вернуться к нищете, лишить жену и детей всего этого, – Блаунт обвел рукой комнату, – без единого возражения?
– Полагаю, что вряд ли дело дошло бы до таких крайностей. Освальд мог бы позаботиться о нас. Но я должен был сделать то, что считал правильным.
– Хм… Значит, говоря «ускорить события», вы подразумевали, что собирались пригласить Освальда в Плаш-Мидоу и уговорить вашу жену и друзей принять сложившуюся ситуацию?
– Более или менее.
Блаунт внезапно перегнулся через стол.
– Тогда зачем вся эта таинственность? Зачем этот хитрый план, как ему незаметно проникнуть в дом – ночью, без ведома миссис Ситон? Если вы хотели ускорить события, разве не было бы лучше сначала сообщить вашим домашним, что Освальд жив и что вы намерены вернуть ему его состояние? Обсудить с ними этот щекотливый вопрос до того , как вы пригласили брата приехать к вам? Разве не следовало вам вначале выяснить позицию мистера Торренса, узнать, согласится ли он забыть старое обвинение против вашего брата?"
"– Не всегда люди делают то, что лучше.
– На полный боевого задора взгляд суперинтенданта Роберт ответил твердым уверенным взором своих ясных глаз. – Я хотел сначала переговорить с ним один на один, выяснить, чего он хочет, и только потом довести факт его появления до общего сведения. То, что вы называете таинственностью, было всего лишь мерой предосторожности в интересах Освальда.
– От кого, по вашему мнению, его нужно было защищать?
– Но ведь я только что сказал вам…
– Не собирались ли вы защищать его… ну, например, от вашей жены?
– От Джанет? Но, друг мой…
– Вы знали, что десять лет назад ваша жена организовала мнимое самоубийство Ситона?
– Суперинтендант! Как вы смеете говорить такие вещи?! – воскликнула миссис Ситон.
– И что в связи с этим ей может быть предъявлено очень серьезное обвинение в преступном сговоре? И что поэтому Освальд как единственный живой свидетель представлял для нее большую опасность?
Джанет Ситон величественно встала со своего места.
– Суперинтендант, прошу вас объясниться. Это чудовищное обвинение!
– Боюсь, что объясняться придется вам, мэм. Скажем, по поводу трехсот фунтов, снятых со счета вашей матери за два дня до исчезновения Освальда, или крупной суммы денег, которая была вручена Джону Хенхэму в оплату за услуги.
Миссис Ситон села так же внезапно, как и встала; лицо ее превратилось в каменную маску, она уставилась неподвижным взглядом в стену перед собой.
