Вот я еду по коридору, вот я лежу, вот тень на потолке превращается в лису и начинает перебирать лапами…
Часа через два я наконец стала соображать более ясно, но, следуя полученным инструкциям, старалась не шевелиться. Во всем теле чувствовалась слабость, но странным образом это не пугало и не раздражало. Если бы еще Коди пришел меня навестить, подумала я, было бы совсем здорово.
Стоило этой мысли оформиться в моем сознании, как дверь открылась, и вошел Коди.
— Рета! — обрадовался он. — Мне сказали, что ты здесь, но не объяснили, что случилось.
— Привет, — я протянула к нему руки.
Слова давались тяжело, язык не слушался, и я как-то странно растягивала слова.
— Ты что, под кайфом? — подозрительно спросил Коди, беря меня за руки.
— Может быть, — не стала я исключать. — Мне вкололи штуку. Прямо в мозг — пщщщщ!
— А! — понял Коди. — Лекарство этой тетки-доктора для таких, как мы. Мне тоже такое дают.
Он сел на мою кровать.
— У меня минут десять, Хольт снова тащит нас на полигон. Представляешь, его отсюда не выперли.
Честное слово, я не собиралась говорить о том, что происходило в кабинете полковника Валлерта, но контролировать себя не могла.
— Это я, — сказала я с улыбкой, — я им сказала, что он хотел меня остановить, но я не послушалась.
— В каком смысле? — не понял Коди.
— Они меня спросили, и я сказала.
— Что спросили? Что сказала?
— Спросили, буду ли я подавать жалобу.
— Какому жлобу? Рета, честное слово, лучше б ты была обдолбанная.
— Да не жлобу, — видимо, я и правда говорила будто с набитым ртом.
— А жа-ло-бу. А я сказала — не б-буду. Потому что он мне сказал остановиться. А я — нет.
Коди неверяще смотрел на меня.
— Черт возьми, Рета, у тебя был шанс избавить нас всех от этого кретина! — простонал он. — И ты им не воспользовалась?!
— Это нечестно.
— Да какая, на хрен, разница! — Коди вскочил. — Зачем ты его выгораживала? Ты же знаешь, как он всех тут задолбал, ты же его сама терпеть не можешь!
— Не-чест-но, — повторила я.
— К черту, — махнул рукой Коди.
— Я тебя вообще не понимаю. Что с тобой случилось за эти полгода? Мы же всегда были на одной стороне! Все, я пошел, а то опоздаю, а Хольту насрать, кого я тут проведывал, заставит бежать лишние десять километров. Спасибо тебе, сестра! От всего нашего отделения огромное вот такое спасибо!
Он провел руками по лицу, будто умылся, бросил на меня еще один взгляд и вышел.
***
Следующие два дня ко мне никто не приходил, только Олли, да пару раз заходила доктор Эйсуле.
