Как я ни сдерживаюсь, на глазах у меня выступают слезы.
Пит смотрит на меня с тревогой:
— Что с тобой? Очень больно?
Я не называю настоящую причину, но говорю правду. Правду, которая больше похожа на минутную слабость, а не на окончательное поражение.
— Я хочу домой, Пит, — произношу я жалостливо, как ребенок.
— Ты поедешь домой. Обещаю. — Пит наклоняется и целует меня.
— Я хочу прямо сейчас.
— Знаешь что, — говорит он, — ты сейчас заснешь, и тебе приснится дом. А потом оглянуться не успеешь, как будешь там на самом деле.
Идет?
— Идет, — шепчу я. — Разбуди меня, если надо будет покараулить.
— Не беспокойся. Я хорошо отдохнул и здоров благодаря тебе и Хеймитчу. И потом, кто знает, сколько ещё это продлится?
О чем это он? О дожде? О передышке, которую он нам дает? Или об Играх? Мне слишком грустно, и я слишком устала, чтобы спрашивать.
Когда Пит меня будит, снова вечер. Дождь превратился в ливень; вода с потолка уже не капает, а течет струйками. Под самую сильную Пит подставил банку. Мне стало лучше; я уже приподнимаюсь, почти не чувствуя головокружения, и просто умираю от голода.
Пит тоже. Он явно не мог дождаться, пока я проснусь, чтобы поесть вместе.
Еды немного: два кусочка грусенка, немножко разных кореньев и горсть сухофруктов.
— Оставим что-нибудь на завтра? — спрашивает Пит.
— Нет, давай доедим все. Мясо и так уже давно лежит, не хватало нам еще отравиться."
"Я делю еду на две равные части. Мы стараемся есть медленнее и все равно управляемся за две минуты. Желудок недовольно ворчит.
— Завтра идем на охоту, — говорю я.
— От меня толку мало, — отвечает Пит. — Я никогда раньше не охотился.
— Я буду убивать, а ты готовить. Еще ты можешь нарвать зелени и ягод.
— Хорошо бы тут рос какой-нибудь хлебный кустарник.
— Тот хлеб, что мне прислали из Дистрикта-11, был еще теплым, — вздыхаю я. — На, пожуй. — Я протягиваю Питу пару листиков мяты, потом бросаю несколько себе в рот.
Из-за дождя трудно даже разглядеть изображение в небе, но одно ясно: сегодня все целы. Значит, Катон и Цеп еще не встретились.
— А куда ушел Цеп? Что там, на той стороне арены? — спрашиваю я Пита.
— Поле. Трава мне по плечи, и нигде ни тропинки. Целое разноцветное море. Может, там и съедобные злаки есть.
— Уверена, что есть. И Цеп знает, как их отличить. Вы туда ходили?
— Нет. В траву никто не хотел соваться. Жутко. Мало ли что… Вдруг там змеи, или бешеные звери, или трясина.
Примерно так запугивают жителей Дистрикта-12, чтобы они не совались за ограждение.
