Она не проживет там и секунды. Алессио хоть и успокаивает меня каждый раз, когда приходит меня навестить, но у него совсем ненадолго получается развеять мои сомнения.
Чтобы отвлечь меня, сегодня он прописал мне небольшую разминку. Поэтому сейчас я хромаю, опершись на его руку, по коридору. Я впервые покидаю свою комнату. Каждый шаг причиняет мне боль, но в целом я чувствую себя лучше. Мы заходим в большой салон, и пара ангелов, сидящих там, поворачиваются в нашу сторону. Я отшатываюсь назад и хочу вернуться обратно в комнату, но Алессио крепко держит меня.
Семьяса дружески хлопает его по спине.
– Ты наконец вылечил ее? Хорошо выглядишь, Мун."
"– Это не столько моя заслуга, сколько заслуга вашей хорошей еды, – отвечает Алессио. Если бы эту фразу сказал другой человек, я бы даже сочла это упреком. Ведь у ангелов в избытке есть то, что они скрывают от нас. Но от Алессио это звучит абсолютно нормально.
– Садись к нам, – требует Наама, но юноша качает головой.
– Сначала Мун должна немного прогуляться.
– Я могу побыть ее опорой, – добродушно говорит Семьяса. – Красивых женщин нельзя заставлять ждать.
Алессио ухмыляется и смущенно поправляет очки. Ангел подмигивает мне так, словно мы с ним добрые союзники. Но это совсем не про нас. Меня сбивает с толку то, что они так фамильярничают друг с другом.
– Ты не против этого? – спрашивает Алессио.
– Разумеется, нет, – нерешительно отвечаю я, и мой друг кладет мою ладонь в руку Семьясы, а затем направляется к Нааме.
Я медленно прогуливаюсь по комнате.
К моему удивлению, огромный ангел оказывается очень терпеливым, несмотря на то, что я передвигаюсь со скоростью улитки. К тому же я не спускаю глаз с Наамы и Алессио. Она кладет пару сладостей на тарелку и наливает кофе для Алессио. Ангелы совсем не стыдятся этого или их просто не интересует факт того, что дети на улицах голодают?
– Мне это не нравится, – тихо бормочу я, но Сэм все равно все слышит.
Его тело дрожит от смеха.
– Ревнуешь?
– Ну, нет. Просто осторожничаю. Она фальшивая змеюка.
– Как скажешь. Насколько хорошо ты ее знаешь?
– Достаточно хорошо.
Почему я вообще с ним разговариваю? Это же он запер меня в темнице. Я сердито пытаюсь выдернуть свою ладонь из его руки, но он крепко ее держит.
– Мне жаль, что все так случилось, – говорит Семьяса, к моему удивлению. – Нам нельзя было этого допускать.
– Ты же видел, как там все выглядело, что, думаешь, они пытались со мной сделать?
Пусть засунет свои извинения куда подальше.
