Это не имеет никакого отношения ко мне.
Мой друг не отвечает ничего на это.
– Как твои ребра? Ты в состоянии нормально дышать? Мы не слишком сильно перевязали твою грудную клетку.
– Мне все еще немного больно во время движения, но я в силах справиться с этим.
– Завтра осмотрю их тоже. Сегодня ты достаточно настрадалась. – Он убирает оборудование и грязные бинты.
– Я переживу. Скажи мне лучше, где вы держите Стар и Тициана. Рикардо рассказал Люциферу о ней.
– Да, а ты сказала ему, что она мертва, – отвечает Алессио.
– И я подтвердил это. Он был удовлетворен этим ответом.
– Мне это кажется странным. Вы спрятали ее где-нибудь?
– Нет. Она все еще в библиотеке, – признается мне Алессио спустя секунду молчания."
"– Что, прости? – набрасываюсь я на юношу, опираясь на предплечья. Мой голос звучит очень пронзительно. – Ей нужно уйти прочь оттуда. Там больше небезопасно. Вдруг кто-нибудь еще вспомнит о ее существовании?
Алессио начинает извиваться.
– Ей было непросто смириться с тем, что ангелы увели тебя и посадили в темницу.
Она словно обезумела и рыдала целыми днями.
Разумеется. Каждое неожиданное изменение – это целая драма для нее. При этом не играет никакой роли то, что мы и так разлучились бы, если бы побег удался. Я готовила ее к этому месяцами.
– Единственный, кто мог успокоить ее и время от времени уговорить поесть, был Феникс. Тициан чуть с ума не сошел от переживаний. Мы не могли увести их куда-то из дома, кроме того, ничего не произошло.
– Это все из-за Феникса, не так ли? Он запретил это, и вы его послушали.
– Не раздражайся, Мун, – просит Алессио. – Все хорошо. У Стар все в порядке. Без Феникса я и не знал бы, как решить эту проблему. Он не отходит от нее ни на шаг и обеспечивает нас продуктами.
– Значит, он наконец получил то, что хотел, – слезы ярости текут у меня из глаз, и Алессио смахивает их с моих щек.
– Он ее любит, – шепчет юноша. – И ты знаешь это. В Венеции нет ни одного мужчины, которому можно доверить Стар настолько безоговорочно, как ему.
Он скорее сам себя убьет, чем позволит, чтобы с ней что-то случилось.
– И что, весь сопровождающий его сброд теперь тоже живет в нашей квартире? – раздражительно спрашиваю я. – Они уже рассказали Тициану истории своих героических поступков?
– Феникс не позволяет другим жить в библиотеке. Если он хочет обсудить с ними что-то, они пересекаются в городе. Все в порядке. Стар счастлива, хотя и скучает по тебе.
– Я тоже по ней скучаю. Скажешь ей об этом?
– Конечно.
