Когда он видит открытые кровавые раны, ангел шипит и поджимает губы.
Прежде чем я успеваю ответить на его вопрос, руки Люцифера обвивают мою талию. Я вижу во взгляде Кассиэля нежелание меня отпускать, но Люцифер уже поднимается со мной в воздух. Надо отучить его от этого, раньше же я как-то справлялась, шагая ногами по земле всю свою жизнь. Правда, из-за своей слабости я все-таки сдаюсь в этот раз. Обвиваю своими руками его шею и кладу голову на его плечо. Люцифер перелетает через балюстраду и несет меня по коридорам.
Каждый его шаг звучит энергичнее, чем предыдущий. Я слишком устала для того, чтобы требовать от него отпустить меня и позволить мне идти самой. Я бы сейчас даже ногами двигать не смогла. Правда, это не столько усталость, сколько воспоминания о панике и боли.
– Ты уже знаешь, каким будет следующее испытание? – тихо спрашиваю я, хотя не хочу этого знать.
– У меня есть одно предположение. – Он не смотрит на меня, но идет медленнее.
– Но ты мне о нем не расскажешь, верно?
– Какая же ты все-таки умная девочка.
– Какой же ты все-таки отвратительный ангел, – вру я.
– Кого же ты будешь мучить, если я умру на следующем испытании? – Мой нос скользит по его гладкому подбородку, когда я пытаюсь посмотреть Люциферу в лицо. Его тело напрягается, и теперь он держит меня крепче.
– Ты не умрешь. У тебя, судя по всему, семь жизней. Как у кошки.
– Я бы не отпустила Фелицию и без твоего совета, но тем не менее большое спасибо.
Люцифер ничего не отвечает, но мне кажется, что его лицо двигается, потому что его теплая кожа касается моего холодного носа.
"
"На лице Алессио, ждущего меня в комнате, появляется облегчение, когда он видит нас. Я демонстрирую ему свои ладони, и юноша задыхается от неожиданности. Тем временем боль становится совсем невыносимой. Пот стекает по моему лбу, потому что я изо всех сил пытаюсь не упасть в обморок. В то же время беспощадный холод все еще распространяется по моим конечностям. Люцифер аккуратно опускает меня на кровать и укрывает.
Правда, тонкий плед не может соперничать с теплом, исходящим от него самого. Наверное, это тепло адского пламени. К моему удивлению, архангел не уходит, а садится на край кровати и кладет руку на мое бедро, пока Алессио рассматривает мои руки.
– Может, ей стоит принять ванну? – спрашивает он. – Она холодная как лед. Девушки должны были карабкаться вверх по небесной лестнице. Габриэль заморозил ступеньки, а Рафаэль спустил на них шторм. Они очень замерзли.
