– Ты правда спустишь ее на землю?
– Если ты думаешь, что я позволю ей упасть, то я оскорблен, – отвечает Семьяса. – Я буду с ней бережен, как с сырым яйцом.
Фели фыркает и корчит гримасы.
– Боже, как у меня все болит.
– Бог тут ни при чем, – Люцифер наконец тоже решил вставить свой комментарий. – Алессио сейчас о тебе позаботится.
– Спасибо, что ты не послушала меня, – говорит Фели. – Но ты бы так и так этого не сделала, – она пожимает плечами, а затем Семьяса с ней на руках устремляется вниз. Он кружится в воздухе, и я слышу, как Фели сначала вскрикивает, а затем смеется.
– Не может удержаться от того, чтобы похвастаться своими способностями, – бормочет Люцифер, держащий меня самым порядочным образом и скорее парящий, чем летящий.
– Ты думал, что я ее отпущу? – со злостью спрашиваю я.
– Конечно, нет, – отвечает Люцифер. – Это, Мун, и было твоим испытанием.
Я хлопаю глазами, потому что не сразу понимаю, что он имеет в виду.
– Вы хотели проверить мою преданность другу?
– Испытания ключей не всегда связаны с силой или выносливостью.
Я думал, ты и так это уже поняла. Мы также проверяли чистоту твоих помыслов.
Вот урод. Он отлично знал, что я понятия не имею о том, что собой представляют испытания.
– Почему тогда Сэм гонял меня по лестнице туда-сюда, а Гамалиэль мучил нас своими тренировками?
– Потому что ты действительно была не в форме. Твои мышцы напоминали пудинг.
Как он вообще смеет смеяться надо мной?
– И поэтому Эрин должна была умереть? – выдыхаю я вне себя от гнева. – Вы пронзили ее стрелой за то, что она не смогла приступить к заданию! Она боялась! Я просто поверить не могу.
Вы проверяете чистоту помыслов, при этом люди, на ваш взгляд, не стоят и талара! Разве вы убили бы человека, если бы вам была важна эта чистота?
– Я никогда и не говорил, что вы что-то значите для нас, – отвечает Люцифер."
"Я поднимаю свою больную руку и ударяю его в грудную клетку как сумасшедшая. Его грудь словно сделана из железа, и на мои глаза наворачиваются слезы. Я ненавижу себя за то, что плачу прямо перед Люцифером.
Мне холодно, и я дрожу. Определенно больше никогда в жизни не перестану мерзнуть. Когда я раскрываю ладони, мне становится плохо. Я отморозила себе руку. Шок и ожидание смерти на какое-то время притупили боль, а теперь она волнами возвращается ко мне. Я чувствую, как у меня перед глазами темнеет. Крылья Люцифера обнимают мое тело, и мне становится тепло. Но холод во мне не исчезает.
– Не засыпай, Мун. И не показывай никому своих чувств.
