– Ты мне вот что лучше расскажи, Степан Анатольевич, если у тебя тут все так образцово, шито-крыто в землю врыто, как ты меня пылко уверяешь, почему ходят слухи, что у тебя тут бардак, шпионы повсюду, всякие японские диверсанты шныряют, как у себя дома?
Полковник побледнел и выпрямил спину под суровым прямым взором генерала.
– Виноват, товарищ генерал, случается, чего греха таить. Американцы обычно облетают нас стороной, хотя всякое бывает, а вот япошки… Эти недобитки империалистические устраивают дерзкие вылазки и кровавые провокации.
Двоих пограничников караульной смены год назад порешили ночью прямо на постах во время дежурства. Молодые еще ребята были. Каждому и двадцати не исполнилось. А этих ниндзя-самураев хреновых мы, конечно, выследили и всю группу ликвидировали, но осадок остался. Не дают нам расслабляться. Заплывают на Шикотан и Итуруп, в связи с чем была повышена круглосуточная боеготовность на вышеназванных островах. Но помилуйте, чтобы они себя здесь чувствовали развязно, как дома? Мы им перца всегда готовы отсыпать, так что не забалуют…
– Ладно, знаю я это все.
– Петр Ильич поморщился, схватившись руками за поручень, когда вертолет стал резко заходить на посадку, раскачиваясь из стороны в сторону. – Об одном тебя прошу, голубчик, чтобы там внизу ни произошло, пусть все причастные к этому помалкивают. Под твою личную ответственность. Понял? И так земля слухами полнится, а тут еще это напасть. Тебе надо такое внимание? Вот и я считаю, что нет. Москва недовольна тем, что творится в твоем огороде под названием Курилы.
На месте все проясним, мне надо уже вечером отправить радиограмму во Владивосток. Хоть бы понять, с чем придется работать. Мне ведь, как и тебе, ничего не сообщили. Лети туда не знамо куда… Понимаешь?
– Будем стараться, товарищ генерал! Приказать растопить баньку по прилету?
– Валяй, Степан. Я завсегда баньке рад. Но сначала работа!"
"– Так точно, работа! Только, товарищ генерал, как говорят французы, даже самая прекрасная женщина на свете не может дать больше того, что у нее есть.
– Но зато она может дать дважды! – лукаво поправил Кошевар, и оба рассмеялись.
Полковник Булганин заметно оживился и приободрился, хоть страх перед всесильным генералом в глубине души и остался. Дай бог, чтобы это оказалось рядовое происшествие вроде тех же японцев, которые, честно говоря, и вправду обнаглели. Намного хуже, если здесь замешаны американцы, с ними всегда было полно проблем.
