Выпалив это, Наташа метнулась в столовую, принесла из буфета пачку какао, быстро отсыпала часть содержимого в кастрюлю, залила молоком, поставила на горелку, помешала, погасила огонь и объявила:
– Все. Теперь дайте мне серию доглядеть. Выпью свой какао и займусь ужином.
– Нет, – не согласилась я, – сначала работа, потом отдых.
– Из-за вас я пропущу самое интересное! – возмутилась Наталья, наливая ароматный напиток в чашку. – Не имеете права в нашем доме распоряжаться!
– На Горбушке есть записи всех кинолент, можно купить любую и наслаждаться фильмом в свободное время, – не отступала я.
– Вымой пол на кухне да не забудь про грязное белье, корзинка в прачечной переполнена.
– Зануда… – прошипела Наташа, жадно глотая какао. – И когда ты только отсюда уедешь?
От такой наглости я обомлела и не сразу нашлась, что ответить. А когда пришла в себя, послышался мелодичный звонок в дверь.
– Во, блин! – разозлилась горничная. – Кого там черт принес?
Она скорчила гримасу и сделала шаг в сторону прихожей.
Я окинула оценивающим взглядом ее фигуру в грязном спортивном костюме и велела:
– Немедленно приведи в порядок кухню! И сию секунду вымой чашку! Кстати, Лиде и мне ты дала к завтраку растворимый какао, а себе не поленилась, сварила настоящий. Займись делом, я сама открою.
Звонок повторился, я удалилась в прихожую, оставив красную от злости лентяйку у мойки.
Глава 4
На крыльце стояла милая старушка со скромным букетиком разноцветных астр в руке. У ее ног я увидела здоровенную сумку, появившуюся на свет в те годы, когда СССР считался империей зла, а его граждане во весь голос распевали: «Широка страна моя родная».
– Сонечка? – вопросительно поинтересовалась она. – Как ты выросла!
– Нет, меня зовут Даша, – ответила я. – Сони нет дома.
– Ну конечно! Где мне взять денег на хорошие очки? Вечно впросак попадаю! – всплеснула руками бабуля и чуть не уронила жалкий букет цветов. – Ленуся, ты, наверное, пить хочешь?
Я прищурилась и увидела на скамейке около ворот худенькую фигурку в темной одежде.
– Ленуся, давай сюда! – крикнула бабка.
– Мама, я очень устала, – еле слышно ответила та.
– Дорогая, сделай над собой усилие!
Женщина у ворот задвигала руками, и я поняла, что она сидит не на лавочке, а в инвалидном кресле, которое стоит впритык к садовой скамейке.
– Поздоровайся с Дашенькой, – ласково пропела родительница, когда дочь оказалась рядом.
– Привет, – без особой охоты проговорила Лена.
– Добрый день, – растерянно ответила я.
